Поэтический язык Марины Цветаевой

Вереницею певчих свай,Подпирающих Эмпиреи,Посылаю тебе свой пайПраха дольнего.По аллееВздохов – проволокой к столбу –Телеграфное: лю – ю – блю…‹…›Вдоль свайТелеграфное: про – о – щай…Слышишь? Это последний срывГлотки сорванной: про – о – стите…‹…›

Выше, выше, – и сли – лисьВ Ариаднино: ве – ер – нись,Обернись!.. Даровых больницЗаунывное: не выйду!Это – проводами стальныхПроводов – голоса АидаУдаляющиеся… ДальЗаклинающее: жа – аль…‹…›Через насыпи – и – рвыЭвридикино: у – у – вы,Не у –(II: 174–175).

Удлинение слов лю – ю – блю, про – о – щай, про – о – стите, ве – ер – нись, жа – аль, у – у – вы

является звукоподражательным в трех отношениях: им передается и гудение телеграфных проводов, и перемещение источника звука в пространстве (подобно гудку движущегося паровоза), и крик человека вслед уходящему (или мысленный крик, адресованный находящемуся вдали). Первый смысл звукоподражания проявляется сочетанием Вереницею певчих свай, второй – словами голоса Аида // Удаляющиеся, третий – строками Слышишь? Это последний срыв / Глотки сорванной: про – о – стите… Звучание характеризуется определениями заунывное, удаляющиеся, заклинающее. Убывание звука изображено многоточиями и незавершенностью последнего слова стихотворения не у – (*не уходи? *не увижу?). Мелодическое движение (изменение тона) продленных гласных в звукоизобразительных словах может ощущаться как голосовая модификация и как изменение тона гудящих проводов. Последовательность удлиненных звуков в контексте стихотворения [‘у] – [о] – [е] – [а] – [у] представляет собой артикуляционное движение от верхнего подъема к среднему, затем к нижнему и снова к верхнему[10]. Получается своеобразный градационный ряд звуков, расположенных по возрастанию звучности – от минимально открытого к максимально закрытому гласному с последующим возвращением в исходную позицию. Однако последнее [у] отличается от первого [’у] отсутствием продвинутости в передний артикуляционный ряд[11]. Это можно соотнести с первым и последним членами типичного для Цветаевой градационного ряда: последний член является и частичным повтором, и антитезой первого, что аргументируется последовательными трансформациями всех членов ряда (см. об этом: Зубова 1987: 11–12).

Звук [у] характеризуется по фоносемантическим таблицам А. П. Журавлева[12] как «большой», «темный», «холодный», «медленный», «грустный», «страшный», «тусклый», «печальный», «громкий», что вполне соответствует тональности завершающих строф.

Изобразительным может становиться и сокращение гласного звука. Рассмотрим пример из «Поэмы Воздуха», где ритмическая инерция текста превращает сочетание гласных [ау] в дифтонг, делая один из элементов сочетания неслоговым, что замечено М. Л. Гаспаровым (Гаспаров 1997: 183):

Чистым слухомИли чистым звуком

Движемся?‹…›Паузами, промежуткамиМо́чи, и движче движкого –Паузами, передышкамиПаровика за мýчкою…‹…›И – не скажу, чтоб сладкими –Паузами: пересадкамиС местного в межпространственный –Паузами, полустанкамиСердца, когда от легкого –Ох! – полуостановкамиВздоха, – мытарства рыбного

Паузами, перерывамиТо́ка, паров на убылиПаузами, перерубамиПульса – невнятно сказано:Паузами – ложь, раз – спазмамиВздоха… Дыра бездоннаяЛегкого, пораженногоВечностью…– Не все ее –Так. Иные – смерть.– Землеотсечение.Кончен воздух. Твердь(П.: 314).