Похищенная принцесса

Повисло долгое молчание. Юнона слизала с пола каждую каплю молока, обнаружила пару крошек корочки пирога и теперь была готова возобновить своё знакомство с мальчиком. Она дружелюбно подтолкнула его под локоть, требуя, чтобы её погладили. Он погладил шелковистые уши, пощупал холодный нос и осторожно заглянул в глаза. Хвост собаки радостно стучал по полу от такого внимания.

Мальчик и женщина перевели взгляд с собаки на мужчину, на чашу молока и снова на собаку.

– Иногда нужно доверять людям, – тихо сказал Гэйб и поставил чашку на стол. – Если бы я хотел причинить вам вред, я бы сбросил вас обоих с той скалы и сберёг бы себе нервы.

Долгое время никто не шевелился. Калли пыталась прочесть по его глазам. Они были спокойными и голубыми, очень голубыми. Но нельзя судить о том, можно ли доверять человеку, только потому, что у него голубые глаза. Но они ведь не просто голубые, но и очень спокойные…

Принцесса смотрела в его глаза и вспоминала, как он оттащил её от края пропасти на вершине скалы. Она подумала о том, как он держал её на лошади, надёжно и тепло, завернув в свой плащ, чтобы укрыть от дождя.

Тогда, глядя в самые голубые глаза, которые она когда-либо видела, Калли подняла чашку и отпила глоток. На вкус тёплое молоко с мёдом. Ничего больше. Всё, как он и сказал. Она попробовала ещё, просто чтобы убедиться.

Собака подтолкнула руку Ники, спокойно помахивая пушистым хвостом, её карие влажные глаза были ясными и доверчивыми. Безобидными.

Постепенно напряжение покидало Калли. Она кивнула, передала чашку Ники, положила нож обратно на стол и вернулась на место, чувствуя, что её трясет.

Ники осторожно отпил молока. Тем временем собака принесла палку из корзины у огня и выжидающе положила у ног Ники.

– Нет, Юнона, никаких игр в доме, – сказал хозяин собаки. – Положи на место.

К удивлению Ники, повесив хвост, собака отнесла палку обратно в корзину и вернулась, чтобы потереться печальной мордой о ногу мальчика. Тот быстренько осушил чашку, сел на коврик и принялся гладить собаку.

– Хотите молока? – спросил мистер Ренфру Калли.

Калли покачала головой:

– Нет, благодарю вас, – она закрыла глаза. Ей было нехорошо. Инцидент с молоком вернул её к реальности.Никогда нельзя забывать о бдительности.

– Миссис Барроу принесла вам сухую одежду, – услышала она слова мистера Ренфру через короткое время. По крайней мере, она думала, что прошло мало времени. Она открыла глаза. Где Ники? Она ведь не могла снова задремать?

– Он уснул, – сказал мужчина, прочитав её мысли.

Её сын свернулся на коврике рядом с большой чёрно-коричневой собакой. Он крепко спал. Руками он обнимал собаку, чья морда покоилась у него на плече.

У Калли комок подступил к горлу, когда она подумала о щенке, которого он лишился.

– Устал до смерти, бедняжечка! – воскликнула миссис Барроу. – Отнесёте его в постель, мистер Гэйб, пока я помогу мисси переодеться?

Мистер Гэйб наклонился и взял Ники на руки. Собака вскочила, явно намереваясь пойти с ними.

Калли поднялась с места.

– Нет, не ходите, – сказал он. – Он спит, как младенец, и пока меня не будет, вы можете переодеться в сухую одежду у огня.

Калли поглядела на спящего сына и сглотнула. Он выглядел таким маленьким и беспомощным на руках у высокого мужчины. И таким уязвимым. Он даже не пошевелился, когда мистер Ренфру пинком открыл дверь.

Калли охватило неожиданное подозрение. Спит, как младенец – или его опоили? Некоторые яды не имеют вкуса. Поэтому она и уснула? Боже, как она могла доверить ему, даже на секунду, своего драгоценного Ники, только из-за его глаз? Она подалась вперед, чтобы остановить их.

– Ники?

Слава богу, он пошевелился и открыл сонные глаза.

– Мама,  – он улыбнулся, зевнул и снова задремал, уютно устроившись у груди мужчины, будто ему было очень удобно.

Калли осмотрела его. Он выглядел так же, как и каждую ночь, когда она приходила проверить его. Дыхание глубокое и ровное, кожа слегка порозовела, как у всех спящих детей. И глаза были ясные, хотя и сонные. Она дотронулась до его щеки. Теплая, не слишком холодная, не слишком горячая.

Она снова начала дышать.

И тогда поняла, что мужчина, держащий её сына на руках, смотрел на неё, молча наблюдая за выражением её лица. Калли встретила его взгляд. Он выглядел задумчивым, подвижный рот был сурово сжат.

– Знаете, я не Длинный Ланкин, – тихо сказал он.

– Кто?

– Бука из песенки моего детства. Длинный Ланкин – джентльмен, который пил кровь невинных детей.

Она покраснела:

– Я не думала…

– Думали.

Последовала неловкая пауза, потом он добавил уже спокойнее:

– Думаю, у вас есть на то причины.

Она поглядела на лицо своего спящего ребенка и попыталась проглотить комок в горле. Да, у неё были причины.

– Вы доверяете мне отнести его в постель?

Она колебалась. Волосы Ники были влажными и всклокоченными, как перья только что высиженного цыпленка. Он выглядел маленьким, бледным и уязвимым в руках мужчины, но худенькое тело было расслабленно. Устал до изнеможения или просто доверяет этому человеку? Иногда это одно и то же, устало подумала Калли.

– Миссис Принн?