Читаем Похитители разума. Психохирургия и контроль над деятельностью мозга полностью

Определенная роль в этом деле была отведена и Национальному институту психического здоровья. В процессе этих исследований у института установились тесные отношения с министерством юстиции. В 1970 г. директор НИПЗ Бертрам Браун встретился в Колорадо-Спрингс с Никсоном, министром юстиции Джоном Митчеллом, Джоном Эрлихманом, X. Р. Холдеманом и другими высокопоставленными чиновниками Белого дома, чтобы выработать план совместных действий Национального института психического здоровья и недавно созданной Администрации содействия правоприменительной деятельности (АСПД). Встреча произвела на Брауна такое сильное впечатление, что он сразу же разослал органам здравоохранения штатов и территорий памятную записку, в которой говорилось:

На этой встрече прозвучал новый мотив—мотив сотрудничества между органами власти, министерствами и отраслями науки. Именно в таком духе сотрудничества мне было предложено выступить на этом совещании, и в этом же духе я пишу вам, чтобы проинформировать вас об областях, в которых предстоит сотрудничать службе психического здоровья и правоприменительным органам[372]

.

Был обсужден целый ряд программ по борьбе с наркоманией, алкоголизмом и преступностью несовершеннолетних. На Национальный институт психического здоровья возлагалась помощь по специальным вопросам.

В этой памятной записке Браун требовал от своих подчиненных максимального сотрудничества с правоприменительными органами. «Вы должны знать органы своего штата, планирующие развитие уголовной юстиции», — требовал он. Браун с энтузиазмом отнесся к идее сотрудничества между двумя государственными учреждениями и считал, что такое сотрудничество приведет «к совместной разработке программ, обмену планами между штатами, совместному обучению, обмену информацией, статистическими и эпидемиологическими данными, совместному финансированию программ»[373]

.

Перспектива совместного финансирования и склонила НИПЗ к сотрудничеству с АСПД, располагающей сотнями миллионов долларов для выплаты группам содействия правоприменительной деятельности и для ведения криминологических исследований. Вскоре АСПД финансировала около 350 проектов, связанных с применением экспериментальных лечебных процедур, исследованиями в области модификации поведения и с проверкой эффективности различных препаратов,— все это в рамках программы борьбы с преступностью несовершеннолетних. Научной ценностью многих из этих проектов НИПЗ даже не поинтересовался[374].

Сообщая обо всем этом, еженедельник «Сайкиэтрик ньюс», официальный орган Американской ассоциации психиатров, привел слова одного исследователя, который жаловался, что, «в то время как Никсон урезает ассигнования на исследования в области борьбы с психическими заболеваниями... НИПЗ налаживает сотрудничество с учреждением, созданным властями для поддержания правопорядка»[375]. Когда редактор «Сайкиэтрик ньюс» позвонил Брауну и попросил прокомментировать это сообщение, директор НИПЗ сказал, что нет ничего особенного в том, что средства, предназначенные для программ по исследованиям в области уголовной юстиции, используются для программ в области борьбы с психическими заболеваниями и наоборот. Он заявил: «Интересы наших учреждений во многом совпадают, и имеются области, сотрудничество в которых будет способствовать выполнению нами своих задач». Далее он сказал:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
100 знаменитых катастроф
100 знаменитых катастроф

Хорошо читать о наводнениях и лавинах, землетрясениях, извержениях вулканов, смерчах и цунами, сидя дома в удобном кресле, на территории, где земля никогда не дрожала и не уходила из-под ног, вдали от рушащихся гор и опасных рек. При этом скупые цифры статистики – «число жертв природных катастроф составляет за последние 100 лет 16 тысяч ежегодно», – остаются просто абстрактными цифрами. Ждать, пока наступят чрезвычайные ситуации, чтобы потом в борьбе с ними убедиться лишь в одном – слишком поздно, – вот стиль современной жизни. Пример тому – цунами 2004 года, превратившее райское побережье юго-восточной Азии в «морг под открытым небом». Помимо того, что природа приготовила человечеству немало смертельных ловушек, человек и сам, двигая прогресс, роет себе яму. Не удовлетворяясь природными ядами, ученые синтезировали еще 7 миллионов искусственных. Мегаполисы, выделяющие в атмосферу загрязняющие вещества, взрывы, аварии, кораблекрушения, пожары, катастрофы в воздухе, многочисленные болезни – плата за человеческую недальновидность.Достоверные рассказы о 100 самых известных в мире катастрофах, которые вы найдете в этой книге, не только потрясают своей трагичностью, но и заставляют задуматься над тем, как уберечься от слепой стихии и избежать непредсказуемых последствий технической революции, чтобы слова французского ученого Ламарка, написанные им два столетия назад: «Назначение человека как бы заключается в том, чтобы уничтожить свой род, предварительно сделав земной шар непригодным для обитания», – остались лишь словами.

Геннадий Владиславович Щербак , Александр Павлович Ильченко , Ольга Ярополковна Исаенко , Валентина Марковна Скляренко , Оксана Юрьевна Очкурова

Публицистика / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии