Походы норманнов на Русь

Не всегда все складывалось удачно для наших предков, были и такие странные победы-поражения. Вероятней всего, в Новгороде не оказалось того человека, кто мог бы хорошо организовать поход против шведских захватчиков, великий князь Александр Невский к тому времени уже почти сорок лет как почил. А Матушку-Русь в очередной раз раздирали склоки и ссоры, причем каждое княжеское решение надо было принимать через Золотую Орду, и споры между удельными князьями разрешал тоже татарский хан. Кроме того, в 1299 году, вероятно, видя такую слабость и зависимость Руси, ливонские рыцари осадили Псков, а после взятия города разграбили монастыри и церкви, «убили много безоружных монахов, женщин и младенцев»у так сообщил Карамзин об этом бедствии.

Естественно, отсутствие достойной русской реакции на эти захваты территории вызвало новую волну шведской экспансии. Да и шведский маршал Торкель Кнутссон все никак не мог успокоиться, ему необходимо было укрепить свои позиции на востоке, поэтому в 1300 году он организует очередной поход в Заморъе, в новгородские земли. О подробностях этого похода также можно узнать из «Хроники» Эрика.

В Троицын день 1300 года собрались шведы в поход. От имени короля Торкель собрал отличный флот, какого, якобы, раньше не было, имея на борту 110 шняк около 1100 человек. Преодолев море, они вошли в Неву, поднялись до устья реки Охты и построили крепость, назвав ее Ландск-роной. Она предназначалась для закрытия новгородцам выхода из Ладожского озера в Финский залив. Для постройки намеченной крепости на Неву прибыли также строители, на судах доставили различные материалы и вооружение.

Шведы решили поставить крепость, по словам автора «Хроники», между Невой и Черной рекой на мысу, где сходятся обе эти реки. Новгородцы, как только об этом узнали, «снарядились в большой поход в ладьях и на конях,рассчитывая на полный успех». Узнав о приближении новгородского войска, шведы собрали несколько судов, и по Неве стали продвигаться к Белому (Ладожскому) озеру. У них было не более 800 человек, во главе которых стоял военачальник по имени Харальд. Им дали задание, что на одном из островов находится более тысячи язычников, которых надо уничтожить.

Автор «Хроники» не забыл указать на размеры Ладожского озера и дать описание новгородских земель: «Белое озеро — как море... Русская земля лежит к юго-востоку от него, а Карельская — к северу, так как озеро их разделяет». Когда шведская флотилия вошла в озеро, поднялся сильный ветер и начался сильный шторм. Буря их застигла неожиданно, они стали «держать путь в Карельскую землю и высадились на берег близ деревни на реке» рано утром, когда начало светать. Вытащили шняки на берег, чтобы уберечь флот от больших волн. Все промокли и устали, поэтому пробыли там пять дней и, как отмечено в «Хронике», «убивали людей и сожгли их селение и много ушкуев старых и новых; они разрубили и сожгли их челны». Когда наступила тихая погода, свей засобирались в обратный путь, да и съестные припасы почти все закончились. Когда они вернулись на Пеккинсаар (Орехов остров), где базировался их передовой отряд, одни остались там, а другие стали спускаться вниз по Неве к основному войску в Ландскрону.

Когда шведы стояли на Ореховом острове, далее свидетельствует «Хроника», вскоре увидели, что вдоль берега реки идет вооруженное войско с численностью около 1000 готовых к бою людей: «Когдарусские пришли туда, видно было у них много светлых броней; их шлемы и мечи блистали; полагаю, что они шли в поход на русский лад». Поняв, что сейчас им не сдобровать, свей спешно собрались и стали уходить вниз по Неве. А русские сделали из сухого дерева плоты (брандеры) и подожгли, так что они ярко горели, и пустили их вниз по течению, рассчитывая при их помощи сжечь шведские корабли. Большая часть горящих плотов остановилась на реке, так как шведы догадались поперек реки положить большую сосну для того, чтобы горящие плоты не достигли шняк и не повредили их.

В нападении на крепость Ландскрону участвовало, по словам шведского летописца, 31 тыс. новгородцев, во что с трудов верится, здесь явное преувеличение древнего писца. Не будем пересказывать все перипетии боя, причем шведская «Хроника» страдает тенденциозностью, хвастливостью, что характерно для всех документов такого рода, составленных в давнишние времена. Атаковав несколько раз строящуюся крепость, а уже были вырыты глубокие рвы, которые не давали возможности для полноценной атаки новгородцам, последние вынуждены были вскоре уйти «в течение одной ночи и говорили, что слишком поспешили туда прийти».