Походы русских войск при Иване III

Итак, в нашем распоряжении четыре основных летописных рассказа о походе 1487 г. Каждый из этих рассказов имеет свои достоинства и недостатки с точки зрения возможности реконструкции реального хода событий.

Все четыре рассказа не противоречат, а в значительной мере дополняют друг друга.

Разрядная книга 1475–1605 гг. (РК-05) о казанских событиях 1484–1487 гг. содержит четыре записи.

1. Под 6992 (1484) годом — об отправке воевод на казанского царя Алехама: «и воевода тады Казань взяли, а Магмет-Амина царя в Казани на царство посадили, по великого князя наказу».

2. Под 6993 годом: «Государь князь великий… отпустил на Казань Алегама царевича, а с ним послал воевод своих… на Магмет-Амина царя. И Алегам царевич, пришед, сел на Казани, а Магмед-Амин, царь с Казани збежал».

3. Под 6994 годом: «великий князь послал в Казань к Махмед-Аминю царю доя береженья воевод своих… по его Магмед-Аминева присылке, что он хотел братью свою меньшую великому князю выдать. И князи казанские ему братьи выдать не дали, а самого Магмед-Амина хотели убить, и он ушел [к] великого князя воеводам. И казанцы прислали за ним бить челом, и он с ними помирился, сел опять на царство на Казани».

4. Под 6995 годом: «В лето 6995 году взятье казанское при великом князе Иване Васильевиче всея Руси.

Согнал с Казани Магмед-Амина царя брат ево Алехам, а пришол из Натай по слову с казанцами.

И князь великий… послал под Казань Магмед-Аминя царя да воевод своих на царя Алехама казанского…»[646]

Разрядная книга 1475–1598 гг. (РК-98) записи 6992 г. не содержит, а известия 6993 г. излагает так: «…отпустил князь великий на Казань, на Алегама царя, царевича Магмедеминя, а с ним послал воевод своих… И Алегам збежал, а па Казани сел Магмедемин».[647]

Запись 6994 г. в общих чертах совпадает с записью в РК-05.

Таким образом, если, по РК-05, поход 1485 (6993) г. был совершен против Магмет-Амина и имел следствием утверждение на царство Алегама, то по РК-98 дело обстояло как раз наоборот.

Представляется, что в этом случае в РК-05 допущена ошибка.[648] Ясно, что если бы в 1485 г. на казанский стол сел Алегам, то в следующем году не нужно было бы посылать воевод Махмед-Амину царю для сбереженья». Но если так, то вызывает подозрение и известие за 1484 (6992) г. Полное совпадение списков воевод в известии за 1484 и 1487 (6995) гг. свидетельствует, что составитель РК-05 известие о походе воевод на Казань поместил дважды: под 1484 (6992) и 1487 (6995) гг.

Разрядные записи приводят имена воевод, но не сообщают никаких реальных сведений о ходе событий.

Своеобразным источником является поздняя «Казанская история», составленная, по мнению исследователей, в конце XVI в. Перечисляя имена воевод, как в Никон., этот источник пишет: «И встретя их казанский царь Алехам с татары своими на реке на Свияге. Бывшу же у них бою велику… и побише ту многие Казанцев мало их живых в Казань утече, и град затворити и осадити не успеша и самого царя Алехам а живы яша руками, и с ними во град въшедше…»[649]

Эти поздние сведения не соответствуют современным известиям, но отражают предания, жившие в народной памяти.

К числу таких же преданий относится и рассказ Герберштейна о захвате Алегама обманом.[650]

Реконструкция реальных событий может быть проделана на базе летописных рассказов и разрядных записей.

Победы на северо-западе (над новгородскими сепаратистами) и на юге (над Ахматом) создали к середине 80-х гг. принципиально новую стратегическую обстановку и дали возможность приступить к активным наступательным действиям на восточном стратегическом направлении.

Борьба между претендентами на ханский престол создавала нестабильную обстановку в Казани и в то же время могла способствовать усилению русского влияния.

Под 6994 (1486) годом Уст. летопись помещает известие: «ис Казани прибегл к великому князю… царь Махмет-Емин от брата своего от царя Аляхама да бил челом великому князю, а назвал себе его, великого князя, отцем, а просил у него силы на брата своего на Аляхама, царя казанского, и князь великий силу порекл ему дати».[651]

Этому соответствует и известие Соф. II-Увар.: «приеха царевич казанского царя сын, а Темиров внук, еще бе мал, к великому князю, князь же великий приат его». Далее под тем же годом: «Прислали казанцы к великому князю, а ркучи так: "Что есмя отпустили к тебе царевича на том, что почнет наш царевич царя нашего, а меншицын сын, над нами чинить лихо, и ты опять отпусти царевича нашего к нам. И нынеча наш царевич, а меншицын сын услышав то, да зазвавши нас к себе на пир, хотел нас перетерети, и мы в поле убежали, и он, ехавши в город, да окрепивши город, да за нами пошел, в поле"».[652]

«Меншицын сын» — это Алегам, сын Фатимы, младшей жены царя Ибрагима. Царевич, отпущенный в Москву, — это Магмет-Амин, сын Нур-Салтан, старшей жены Ибрагима, вышедшей позднее за Менгли-Гирея Крымского.

В марте 1487 г. великий князь через своего посла в Крым передает Нур-Салтан о желании «добро смотрети» ее сыну Магмет-Амину.[653]