Походы Стефана Батория на Русь. 1580-1582 гг. Осада Пскова

Поместная конница до конца столетия предпочитала луки пищалям. Огнестрельное оружие рассматривалось дворянами и детьми боярскими как оружие более низкого, чем саадак, социального статуса – оружие стрельцов. Поэтому, даже при прямых царских указах о вооружении поместной конницы огнестрельным оружием, дворяне и дети боярские вооружали пищалями своих послужильцев, предпочитая выезжать в саадаке. По мнению историка М.А. Малова, первыми пищалями, которые освоило русское служилое сословие, были охотничьи, опять по причине их высокого социального статуса[74].

Настоящей бедой русского поместного войска стала неявка на службу – «нетство» – дворян и детей боярских, а также бегство их из полков. Владелец поместья, вынужденный бросать хозяйство по первому же приказу властей, поднимался на службу, как правило, без большой охоты, а при первом же удобном случае старался уклониться от выполнения своего долга. Кроме того, что «нетство» сокращало численность армии, оно оказывало отрицательное влияние на воинскую дисциплину. Массовый характер «нетство» приняло только в последние годы Ливонской войны, нося вынужденный характер, будучи связано с разорением хозяйств служилых людей, многие из которых не имели средств «подняться» на службу. Правительство организовало систему розыска, наказания и возвращения «нетчиков» на службу. Позднее было введено обязательное поручительство третьих лиц за исправное несение службы каждым дворянином или сыном боярским[75].

<p>Служилые люди по «прибору»</p>

Среди служилых людей по «прибору» первое место по численности и значению занимали стрельцы. Они представляли собой наиболее совершенную часть русских вооруженных сил XVI в. Стрельцы выполняли городовую (оборонную) службу, несли пограничную охрану, участвовали в полевых боях как пехота и являлись осадным войском при штурмах неприятельских городов[76].

Стрельцы, в отличие от поместной конницы, поселенные компактно в особых слободах, сознающие свою «инаковость» и спаянные корпоративным духом, практически мгновенно по получении приказа, без раскачки и долгих сборов могли быть использованы для военных, полицейских и других акций[77]

.

Стрельцы делились на приказы, по 500 человек в каждом. Стрелецкие головы со своими приказами были вполне самостоятельными и подчинялись непосредственно центральному учреждению – Стрелецкому приказу. Приказы делились на сотни, а сотни – на полусотни и на десятки. Во главе приказов стояли головы, сотнями ведали сотники, полусотнями – пятидесятники и десятками – десятники.

Стрельцы разделялись и московских и городовых. Московские стрельцы несли ежедневно охрану царского дворца, а также караульную службу в городе, сменяясь по неделям. Также московские стрельцы посылались в другие города для усиления их гарнизонов. В военное время стрельцы принимали участие в походах и боевых действиях в составе полевой армии.

Городовые стрельцы, численностью от 20 до 1000 человек, составляли гарнизоны преимущественно пограничных городов. Наибольшее количество стрельцов находилось на северо-западной границе, особенно в Пскове и Новгороде. В южных пограничных городах стрельцов было меньше, так как там имелось много казаков, выполнявших и городовую службу[78].

Городовые стрельцы, согласно сохранившимся источникам XVI века, набирались преимущественно из всякого рода вольницы, «казаков», «младших сыновей», т. е. всевозможных «захребетников» и «подсуседков». Государство стремилось к тому, чтобы в стрельцы не уходили домохозяйства-налогоплательщики, особенно из тяглого населения. На стрелецкую службу принимались только свободные люди, с условием, чтобы они поступали на службу по своему желанию, были здоровы и молоды[79].

Городовые стрельцы обеспечивались денежным и хлебным жалованьем. Единых окладов жалованья для стрельцов не существовало. Вероятно, проблемы с регулярностью выплаты жалованья и его адекватностью уровню цен существовали, поэтому стрельцам было разрешено заниматься торговлей и ремеслами[80]

.

Как и в большинстве европейских стран, в конце правления Ивана Грозного (в 1578–1582 гг.) практиковалась практика найма стрельцов на год. Историк В.В. Пенской приводит пример найма стрельцов, причем не по одному, а десятками и полусотнями ровно на год. В одном случае срок указан «от Покрова Святей Богородицы лета 7088 на год, до Покрова же лета 7089». В другом – «от Петрова заговейна да до Петрова заговейна на год»[81].

Городовые стрельцы в мирное время несли гарнизонную службу – караулы по стенам, башням и у городских ворот, у правительственных учреждений (в таможне, приказной избе и пр.), их посылали в уезды за нетчиками, на селитренные промыслы, в конвой казны, для сопровождения послов, для исполнения судебных приговоров и т. д. В военное время городовые стрельцы назначались в разные полки войска целыми приказами или сотнями. Большая часть стрельцов несла службу в пешем строю. Конные стрельцы (например, астраханские) получали казенных лошадей или деньги на их покупку.