Поколение одиночек

Консервативное стихотворение

Что такое Пётр? Ломатель косточек,Сам себя сгубивший сгоряча?Сбрасыватель корабельных досточекС узкого покатого плеча?Пуделек, что не вписался в метрикиРусских пустолаечных собак?Или же потрахиватель ветреныйПортомойщиц-немок и солдат?Кто он? Дьявол. Выпрыснувший усилки?Пытошник, презревший небеса?Херминатор, втиснувший в конвульсийки,Запретивший церкви чудеса?Нешто нам глазами осторожнымиИмператорский ловить желвакИль следить за чавканьем пирожнымиВ обществе курфюстин в кружевах?Мы живём от шёпота до ропота,Ведь душа в крови – и в страхе ведь!Это будет нас учить Европа-то,Где с утра скрипят костры из ведьм?Нам и от своих деваться некуда —И костров, и ведьм, и высших клятв…И царят реформы, словно беркуты,Выбирая послабей цыплят…Скифское народонаселение,Что фортуна предложила нам?Рыться, как в помойках, в объясненияхЦарским полуобморочным снам?Де-сварганил топором империю,Бил де-шведа и лепил де-флот —До поры, пока с благим намереньемНе послал Господь ему дефолт…И остались мы морскими свинками —Ни щетины не даём в казну.Ни тебе хрю-хрю, ни тренья спинками,А случиться плыть – идём ко дну.Всё ломаем и ломаем косточки,Строим, рубим, режем сгоряча.И съезжают, и съезжают досточкиС узкого покатого плеча.

Скоморох из инфарктного рая

Я познакомился с Сашей Шупловым давно, в доисторические времена, когда и на самом деле история как бы не двигалась. Только что воцарил Леонид Брежнев, всё, что можно, медленно и верно развивалось или разваливалось, иногда одновременно. Всё, что надо, медленно и лениво преследовалось. Мы жили без войн и катастроф, но дышать нам, молодым литераторам, особо не давали. И прежде всего не власти, до которых было далеко, а чиновные литераторы. Боялись последствий Венгрии и Чехословакии, где все началось с фрондирующих писателей. Но в России со времен древних скоморохов и летописцев реальная литература всегда жила вопреки.

Саша тогда работал вместе с Геной Красниковым в знаменитом альманахе «Поэзия», в котором умудрялись печататься многие запрещенные и полузапрещенные поэты. Альманах был чисто поэтическим, возглавлял его славный фронтовик и добрый человек Николай Старшинов, и как-то цензура особенно за него не цеплялась. Вот в этой редакции царил балагур и острослов из рода скоморохов Александр Щуплов, создавший там же, на страницах альманаха, мифический персонаж Ефима Самоварщикова. Впрочем, он за жизнь создал уйму мифических персонажей, в том числе и на страницах полуподпольных острооппозиционных в ельцинское время газет «Лимонка» и «День». Не то, чтобы он был крутым оппозиционером, но подковырнуть любую власть он любил, как всякий балагур и шут. К тому же обожал и всевозможные мистификации.

Многие и запомнили его этаким дурашливым, юморным, насмешливым весельчаком, никогда не вчитываясь в его поэзию. А в поэзии сквозь дурашливость и анекдотичность веселого рыжего клоуна Саши Щуплова пробивалась ещё и совсем другая судьба грустного и одинокого, в чем-то и трагичного человека.

Или Судьба в прихожей, не сняв пальто.Нас проиграла в карты – и наутёк?Мне-то пока не шатко! Мне – хоть бы что —Выпил анаприлину – и молоток!..