Поле боя — Америка. Родина или смерть!

В главном командном посту «Петра Великого» капитан 1-го ранга поднес к губам микрофон:

— Осмотреться в отсеках, доложить о повреждениях и принимаемых мерах в борьбе за живучесть корабля!

Контр-адмирал Василий Иващенко обернулся к капитану атомного ракетного крейсера:

— Александр Григорьевич, дальше тянуть нельзя. Открывайте огонь главным ударным комплексом.

— Есть! — Глаза капитана 1-го ранга блеснули сталью. — Группа управления БЧ-2, выдать координаты цели! Группа старта БЧ-2, подготовить главный ударный комплекс к стрельбе. Штурман, проверить координаты цели.

— ГУ БЧ-2 — ГКП, координаты целей получены, элементы движения цели…

— БЧ-1 — ГКП, координаты целей и элементы движения проверены. Осредненные данные: цель № 1… цель № 2… цель № 3…

— ГС БЧ-2 — ГКП, повреждена пусковая установка левого борта главного ударного комплекса.

И в этот момент набатом прозвучало сообщение из гидроакустического поста:

— Шум винтов по правому борту! Пеленг шестьдесят градусов, классифицирую как многоцелевую АПЛ типа «Лос-Анджелес». Внимание, подлодка выпустила торпеды!

* * *

— Звену майора Щербины — запуск! Взлет — по готовности!

Олег Щербина и Юрий Рощин запустили турбины. Мягко опустились, отсекая шум и предстартовую суету, прозрачные фонари кабин.

— Я 801-й, разрешите взлет!

— Восемьсот первому, Восемьсот второму взлет парой разрешаю. Ветер на полосе встречный два метра в секунду, отход курсом двести десять.

— Вас понял.

Не прошло и минуты, как истребители один за другим разбегались по полосе и взмывали в воздух. А вслед за ними покидали свои стояночные места другие машины и по рулежным дорожкам катились к ВПП.[34]

Над побережьем и кораблями защитников Боливарианской Республики постоянно висел «зонтик» авиационного прикрытия. На первом этапе многоцелевые истребители Су-27СМК и Су-30 расстреливали «Томагавки», помогая зенитным комплексам С-300 и дивизионам «Буков». Тут как раз и пригодился опыт майора Щербины и других русских летчиков, которые несколькими годами ранее защищали Донецк от удара «Коршунов». В воздухе постоянно вертелась карусель самолетов — взлет, прицеливание по «Томагавкам», пуск ракет-перехватчиков, снижение, посадка. Пока техники готовят самолет к повторному вылету, можно перекурить или смотаться в туалет. Потом снова — взлет и перехват новых и новых ракет.

Вскоре по кодированной связи пришел новый приказ: звену майора Щербины обеспечить авиационное прикрытие тяжелого атомного ракетного крейсера «Петр Великий» и возглавляемой им корабельной ударной группы.

— Я 801-й, подходим тремя звеньями.

— Вас понял, 801-й, выполняю.

Двенадцать многоцелевых истребителей уже миновали береговую линию. Щербина посмотрел вниз и ужаснулся: порт Маракайбо пылал. Пламя бушевало на нефтетерминалах, горела разлитая по водам Венесуэльского залива нефть, горели танкеры, руины домов и других построек на берегу. Пожарные команды вели отчаянную борьбу с пламенем, но пока верх одерживали не они. Ракетный обстрел уже прекратился, эпицентр боевых действий переместился дальше в открытое море — куда сейчас спешили на помощь морякам русские летчики.

В наушниках летного шлема раздался тоновый сигнал, а на прозрачной панели многофункционального индикатора на фоне лобового стекла появились отметки воздушных целей — восемь «Супер Хорнетов» разворачивались в атаку на уже сильно поврежденный БПК «Очаков». Они хотели добить и без того уже гибнущий корабль. Щербина увеличил тягу двигателей и сбросил предохранительную скобу с гашетки на ручке управления самолетом. Система вооружения активирована — на вспомогательном дисплее высветилась схема истребителя с зелеными значками подвешенных ракет. В левом верхнем углу мигали цифры постоянно сокращающейся дистанции.

— Я 801-й, всем пилотам — атаковать воздушные цели! Прицеливание — индивидуально. 801-й, цель вижу, работаю! Ведомый, держи хвост!

— Вас понял, выполняю атаку!

— Я 802-й, понял тебя, командир, прикрываю.

Су-27СМК начали стремительное сближение с противником. Радиолокаторы они не включали, чтобы не обнаружить себя излучением. Работали только оптико-локационные станции, которые выдавали целеуказание ракетам с тепловыми головками самонаведения.

На дистанции семьдесят километров Олег Щербина захватил цель, а на удалении полусотни километров нажатием гашетки выполнил пуск сразу по двум «Супер Хорнетам» двумя ракетами Р-27Т. Рядом прочертили стрелы инверсии ракет, выпущенных остальными летчиками «Русской эскадрильи».