Полибий и его герои

Арат внезапно появлялся то под одним, то под другим городом Пелопоннеса. Македонцы сбились с ног, пытаясь его поймать. Много раз по Элладе проходил слух, что Арат убит. Но каждый раз «покойник» появлялся в самом неожиданном месте. А однажды македонскому царю доложили, что он пойман. Царь отправил целый корабль, на котором ему должны были доставить Арата в цепях. Тщетно. Арат из Сикиона был неуловим (Plut. Arat. 34). Но больше всего хлопот доставил Арату Аргос. Это был город, где он вырос, его вторая родина, и он своим святым долгом считал освободить его. Правил в Аргосе тиран Аристипп. Его история ярко показывает нам жизнь тогдашнего тирана. Аристипп был богатейший человек, у него было огромное войско, он жил в великолепном дворце, окруженный роем раболепных слуг, все и вся повиновалось малейшему его слову. А все-таки, замечает Плутарх, участь его достойна была глубокой жалости. И днем и ночью тирана мучил страх. Круглые сутки его охраняла стража; всех граждан, которые могли хотя бы помыслить что-нибудь против него, он перебил; аргосцам под страхом смерти запрещено было иметь оружие. А с каждым днем страх терзал его все сильнее. Вечером из дворца выгоняли всех слуг, двери запирали, вокруг располагался вооруженный отряд охранников. Сам же тиран дрожащей рукой приставлял к стене лестницу и лез наверх в каморку, где его ждала любовница. В каморке не было ни окон, ни дверей, только люк в полу, куда пролезал тиран. Тут же он запирал люк и вдвоем с любовницей они подвигали кровать и ставили на люк. Мать любовницы тем временем уносила лестницу и запирала в отдаленной комнате.

Но вскоре у Аристиппа появились не воображаемые, а весьма реальные причины для страха. Каждую ночь Арат кружил возле Аргоса. Какими-то непостижимыми способами он умудрялся сноситься с гражданами. И каждый день на тирана сыпались неожиданности. Однажды, например, приехали в город несколько купцов с товаром, навьюченным на мулов. Просто чудом раскрылось, что в седлах были зашиты маленькие кинжалы, выкованные по специальному заказу Арата. И таких случаев были сотни! Чуть не каждую ночь Арат пытался перелезть стену то в одном, то в другом месте. Но все попытки его срывались из-за панического страха, который испытывали аргосцы перед тираном. Уже все ахейцы совершенно отчаялись и махнули рукой. Но не Арат. Каждая новая неудача только еще больше разжигала его азарт.

Несчастный тиран совсем потерял покой. Он даже подал жалобу в общеэллинский арбитраж. Он говорил, что Арат нарушает все правила человеческого общежития и нападает на него в мирное время. На суд Арат не явился, и его обязали уплатить большой штраф. Штраф Арат заплатил, а тирана в покое не оставил. Он даже решился встретиться с Аристиппом в открытом бою, и, разумеется, был разбит. В конце концов он все-таки заманил тирана в ловушку. Было это ночью, поэтому Арат был в своей родной стихии. Войско Аристиппа было разгромлено. Люди бежали кто куда. Арат, словно гончая, летел впереди по следу. Местность была изрезана, на пути было множество холмов и лощин. Но Арат словно нюхом чувствовал, куда бежал тиран, и каждый раз поворачивал в нужном направлении. Наконец у самых Микен они настигли беглеца. Его умертвил какой-то критский наемник. Арат поскакал к Аргосу. Увы! Он опоздал. В городе уже сидел новый тиран, сын и наследник Аристиппа, Аристомах. Кажется, кто угодно мог пасть духом после таких неудач. Но Арат и тут не отступил. Он начал все сначала — снова плел интриги и опять ночами кружил возле Аргоса.

Этот Аристомах обнаруживал большое фамильное сходство с родителем. И управлял он точно так же. Однажды Арат сумел-таки ворваться в город. Но все его тамошние союзники бездействовали, парализованные ужасом. Они дорого за это заплатили. Когда Арат отступил, 80 именитых граждан подвергли пыткам и удавили на глазах их семей. Но в конце концов нервы тирана сдали. Он не мог больше жить на вулкане. Аристомах заявил ахейцам, что добровольно слагает с себя власть, освобождает Аргос и присоединяет его к союзу. С тех пор бывший тиран стал ревностно служить демократии. Ахейцы даже поручали ему ответственные посты и доверяли важные дела. Словом, забыли о его прошлом и простили. Но Арат ничего не забыл и ничего не простил. В душе он затаил смертельную ненависть. Много лет спустя, получив чрезвычайные полномочия, он воспользовался очередной изменой Аристомаха и добился его казни. Бывшего тирана бросили со скалы в море (Plut. Arat. 26–29, 35; Polyb. II, 59–60).