«Политкорректное чтиво»

Если получается, что резервы теряют свои объёмы при постоянной их подпитке новыми закупками валюты, то это означает, как минимум, ошибки Центробанка, в ином случае, возможно, имеет место сокрытие воровства.

В первом случае, надо расставаться с нерадивыми членами Совета директоров Центробанка, во втором случае, использовать уголовное наказание виновных и их прямых руководителей в ведомстве.

Другими словами, показательной является динамика изменения резервов без учёта новых покупок валюты и конъюнктурных факторов. В общем, возможности подловить интересантов даже на статистике имеются.

Пока оставим в стороне уловку c “валютными резервами правительства”: в настоящее время Центробанк по причине наличия, так называемых, валютных резервов правительства всегда может обосновать свои явные провалы в финансах заказами именно правительства (Минфина) на покупку очередных порций валюты.

Впечатляет также установка Центробанка на точную цифру резервов. Это что-то! Под фиксированную цифру резервов можно многое списать из своих деяний. Мол, у нас был таргет в полтриллиона долларов США, мы старались его исполнить.

А зачем, извините, этот таргет? Чем обоснована задача по перманентному увеличению международных резервов? “Парни, это полтриллиона долларов США”! Полтриллиона долларов!!!

На практике получается как раз наоборот, чем больше резервов у Центробанка, тем ниже валютный курс рубля. Центробанк не использует при своём действующем командном составе международные резервы для увеличения роста экономики России, повышения благосостояния, снижения кредитных ставок в банковской системе, повышения устойчивости отечественных финансов, стабильности валютного курса рубля.

Так зачем нам такие избыточные международные резервы? Сегодня Центробанк вполне может заявить: “А это резервы правительства. Мы ни при чём”! Так в этом, получается, вся фишка с валютными резервами правительства? Чтобы руководство ЦБ РФ отвечало: “Мы здесь ни при чём”.

Хотя зачем валюта правительству? Дмитрий Анатольевич уверенно объясняет всем, что наша экономика работает в рублях, зачем беспокоиться о его (рубле) валютном курсе? Действительно, зачем?

А с какой стати тогда подчинённые Д.Медведеву состряпали такую интересную ситуацию с “валютными резервами правительства”: ведь это прерогатива Центробанка формировать и сохранять международные резервы государства. Пусть он и отвечает за это по всей строгости закона.

А то получается, что из-за каких-то “чудаков” в Минфине и в Центробанке от валютных резервов государства постоянно “отщипывают”. Деньги, кстати, весьма немалые. И это ещё без учёта опасности потерять много больше резервов при вполне вероятном форс-мажоре в глобальных финансах.

Добившись полтриллиона долларов в международных резервах, в том числе, за счёт удержания низких темпов развития российской экономики и снижения жизненного уровня подавляющего числа россиян, Эльвира Сахипзадовна поставит новую “амбициозную” цель – 600,0 миллиардов долларов США в резервах.

Вы бы лучше, Эльвира Сахипзадовна и Антон Германович, устроили конкурс между членами Совета директоров ЦБ РФ и заместителями из Министерства финансов: “Кто громче свистнет, кто дальше плюнет”.

Если по существу, то для российской экономики, имеющей постоянный значительный приток валюты за счёт продажи за рубеж, в частности, нефти и газа, нет никакой объективной необходимости поддерживать свои международные резервы выше 250,0 – 300,0 миллиардов долларов США.

Увеличение резервов сверх указанных цифр означает недостаточную квалификацию либо злой умысел лиц, ответственных за финансы в стране.

Вам нужна слабая валюта?

Термин “слабая валюта” означает постоянно слабеющую денежную единицу по своей покупательной способности на внутреннем рынке и по своему валютному курсу.

В общем виде, слабая валюта приводит к снижению покупательной способности населения страны и нужна для облегчения вывоза природных, человеческих и интеллектуальных ресурсов за рубеж, а также для продажи собственных активов по заниженным ценам, за бесценок.

Слабая валюта из-за инфляции обязательно сопровождается высокими ставками по кредитам в ней, что создаёт условия для подчинённости финансовой системы страны и её реальной экономики внешним интересантам с передачей им активов и с вывозом капитала из страны.

Кроме того, высокие ставки по кредитам блокируют развитие собственного производства в стране, создавая условия для импорта товаров и услуг из-за рубежа, так как за счёт низких ставок по кредитам там импортируемая продукция и услуги становятся конкурентоспособными на отечественном рынке.

Более того, высокие ставки по рублёвым кредитам вызывали даже прекращение производства в РФ отдельных товарных групп (например, гражданских самолётов), что ведёт к их дефициту и к заполнению таких товарных ниш импортной продукцией и услугами с ликвидацией отечественных технологических цепочек.

При этом из-за низкой покупательной способности большинство граждан страны способно оплачивать лишь наиболее дешёвый спектр товаров и услуг.