Понятие политического

С. 335. (Гоббс) Вопрос о «природе» человека как политического существа снова был поставлен благодаря двум работам Хайнца Лауфера: его Вюрцбургской диссертации по специальности «Государство и право» {Läufer Н. Das Kriteriumpolitischen Handelns. Frankfurt а. M: Mikrokopie. J. Bemecker Antiquariat, 1962) и его статье в сборнике к юбилею Эрика Фегелина {Läufer H. Homo Homini Homo И Politische Ordnung und menschliche Existenz: Festgabe für Eric Voegelinzum 60. Geburtstag / Hrsg, von A. Dempf. München: С. H. Beck, 1962. S. 320—342). Лауфер ссылается на Аристотеля, Платона и христианскую теологию, чтобы обнаружить «нормальный тип» человека, которому он затем противопоставляет появляющийся у Гоббса «упадочный тип». Гоббс — это большая тема (см.: Willms 5. Einige Aspekte der neueren englischen Hobbes-Literatur // Der Staat. 1962. Bd. 1. S. 93 ff.), и тут надо сразу же подчеркнуть, что использование таких формул, как «по природе добрый» и «по природе злой», еще отнюдь не означает приверженности понятию «фюсис» у Аристотеля (см.: Ilting К.-Н. Hegels Auseinandersetzung mit Aristoteles. Op. cit. S. 116) или же отличающимся от него понятиям природы у Платона или в христианской теологии. Впрочем, в рамках этого примечания нам придется довольствоваться тремя краткими вводными соображениями. Во-первых, когда у Гоббса речь идет о добром или злом в смысле нормальности или упадка, это всегда сопряжено с ситуацией: естественный статус (который лучше назвать естественным состоянием)[577] есть ненормальная ситуация, нормализация которой удается лишь в государстве, то есть в политическом единстве. Государство есть царство разума (эта формула берет свое начало от Гоббса, а отнюдь не от Гегеля), imperium rationis[578] (Hobbes. Decive, с. 10, § 1), который превращает гражданскую войну в мирное сосуществование граждан государства. Ненормальна «ситуация упадка», гражданская война. На гражданской войне ни один человек не может вести себя нормально. См.: Schnur R. Die französischen Juristen im konfessionellen Bürgerkrieg des 16. Jahrhunderts. Op. cit. Во-вторых, поскольку Гоббс говорит о природе в смысле «фюсис», мыслит он в духе античности, поскольку предполагает неизменность видов. Он мыслит доэволюционным, додарвиновским образом. У него нет и философии истории, по меньшей мере, он ведет речь о неизменной природе человека, который никогда не перестанет создавать все новое оружие и как потому не прекратит также — стремясь к безопасности — создавать все новые угрозы. В-третьих, частое вызывавшая такое изумление система Томаса Гоббса оставляет открытой дверь, ведущую к трансценденции. Истина «Jesus is the Christ»[579] столь часто и столь настойчиво повторяемая Гоббсом как исповедание веры, есть истина веры публичной, public reason[580] и публичного культа, в котором принимает участие гражданин. Гоббс говорит это не для самозащиты, для него это — не полезная ложь, не ложь во спасение от преследований цензуры. Декарт со своей morale par provision[581] оставался в рамках традиционной веры, у Гоббса же все несколько иначе. В прозрачном строении политической системы, какой она предстает в «Matter, Form and Power of a Common weal the clesiastical and civil»,[582] эта истина оказывается краеугольным камнем, и формула «Jesus is the Christ» называет по имени Бога, присутствующего в публичном культе. Но ужасная гражданская война христианских конфессий сразу же поднимает вопрос о том, кто же истолковывает и юридически обязательным образом приводит в исполнение эту истину, постоянно требующую интерпретации? Кто решает, что есть истинное христианство? Таковы неизбежное «Quis interpretabitur?»[583] и не прекращающееся «Quis judicabit?».[584] Кто перечеканит истину в годную для хождения монету? На эти вопросы отвечает формула «Autoritas, non veritas facitlegem».[585] Истина не приводится в исполнение сама собой, здесь требуются приказы, которые можно исполнить. Их отдаетpotestas directa[586] которая — в отличие от potestas indirecta[587] — гарантирует выполнение приказа, требует подчинения и способна защитить того, кто ей повинуется. Так возникает ряд идущих сверху вниз [формул], от истины публичного культа до повиновения и защиты индивида. Но давайте пройдем теперь не сверху вниз, но снизу вверх, начиная с системы материальных потребностей индивида. Тогда ряд начнется с потребности в защите и безопасности отдельного человека, «по природе» беззащитного и беспомощного, а также следующего отсюда подчинения, и поведет тем же самым путем в противоположном направлении к вратам трансценденции. Таким образом получается диаграмма с пятью осями — причем средней осью является формула 3—3, — которая образует систему-кристалл: