Попал так попал, или Орки рулят – 2

— А как тогда бежать? По одному не сработает, по двое не сработает, веером не сработает. Что предлагаете, умереть? Как баранам умереть? — начал он закипать.

— А ну, не кипятись, — произнёс я с усмешкой. — Да и зачем умирать, когда нужно убивать, — произнёс я с умным видом.

— Не понял? — произнёс он, в миг успокоившись — Не, я понял, что надо убивать, но как не умирать? Их больше в разы, чем нас, и у них оружие. Тут без вариантов придётся умереть, сражаясь, но умереть. Как воины умереть.

— Ну, почти правильно сказал, но в одном ты ошибся. Подумай до вечера, в чём. Думать всем полезно, от этого умнеют, — произнёс я, вставая и берясь за кирку.

И с сегодняшнего дня начались кардинальные перемены в нашей жизни. Первым делом я попросил всех своих бойцов сегодня же ночью рассредоточится по баракам и постарается вычислить всех стукачей и лидеров, что сплотили вокруг себя людей. А также время и численность патрулей ренегатов. Мы почти две недели не виделись и не встречались, дабы не вызвать ненужных подозрений. А я занялся магической подготовкой. Местные маги посчитали — если лишить шамана его духов, то он становится беззубой собакой, что может лишь брехать. Ага, я может и беззубый, но не безобидный.

Они круто просчитались, что перед тем, как посадить меня в барак, не проверили на наличие духов. А духи у меня есть, и их десяток. Правда, не боевых, что могут убивать и калечить, а паразитов. Да, оказывается есть и такие духи-паразиты, да и что стоило ожидать от беззубого шамана, окромя паразитов. Но мои подопечные — это вам не глисты и не острицы там всякие, а духи личинок химер. Так что потанцуем ещё мы на ваших могилках.

Глава 2. Восстание орочьего Спартака

Пока мои люди рассредоточились по бараком и вели наблюдения, я в свободное время медитировал, старательно собирая магическую энергию. А за полночь проскальзывал между патрулями к вольеру с химерами. Там я отдавал всю накопленную за день энергию духам-личинкам. Они поселились во взрослых химерах, и сейчас медленно, но верно росли в них, постепенно захватывая сознание и волю своих носителей. Самих химер я не видел, а только чувствовал их наличие за стенами вольера.

Так шел день за днём, неделя за неделей и даже месяц за месяцем. Мои спутники искренне не понимали, чего я медлю и жду, и куда исчезаю каждую ночь. А я ждал созревания личинок, они пока могли лишь на мгновение влиять на желания самих химер. Но духи постепенно набирали силу и с каждым днём постепенно захватывали тела и сущности химер. Мне нужно было время, а его катастрофически не хватало, и это ещё удача, что никого из моих людей не забрали в руки палача. Но всем было понятно, что такое везение не могло продолжаться вечно.

И вот настал день, когда одному из старых гвардейцах не повезло попался, что называется, на горячем: он удавил очередного стукача и его увели с побледневшим лицом. Мы все знали, что с ним случится на рассвете следующего дня, как впрочем и он сам. Мы почти каждое утро наблюдали сцены, где нашего брата отдавали в руки истязателя и он демонстрировал нам своё искусство. Когда товарища уводили, никто не смотрел в глаза седому ветерану, я же не стал прятать взгляд. А когда наши взгляды встретились, я, повинуясь внутреннему порыву, отдал честь. Громко ударив себя правой рукой в грудь, издал гортанный звук, а затем затянул песню. На меня тут же набросилось трое и стали избивать дубинками, а я так и стоял, прижав руку к руди, под градом ударов.

Когда приближается смерть,Очень трудно не быть малодушным,Но у тебя не дрогнул нерв,Сомненья любые тебе чужды.Враг решил, что это финал?Ну, какой же он всё-таки глупый.Я уже вижу его злобный оскал,Сейчас он узнает, как умирает русский.Даже если небо накрыло огнём,Выбор мой сделан — я остаюсь.И пусть в обойме последний патрон -Я умираю, но не сдаюсь.Кто-то захочет сказать,Что я выполнил свой долг.И только мама будет знать,Что по-другому я не мог.Мне не страшно остаться в боюВрагом окруженным.Где стою, там и паду,Но останусь непобежденным.

После этих слов я выкинул руки в стороны, схватил двоих за горло и стал душить, а третий попятился, испуганно глядя на меня. Его больше всего испугал резкий переход от пассивного стояния к активным действиям.