Последняя Сенджу (СИ)

Пока мы спускались к выходу из Дворца вниз по лестнице, Цунаде объявила, что мы будем жить все вместе на территории её клана. Сейчас там оставались лишь несколько стариков-ветеранов и десять детей под их воспитанием, самому старшему из них в этом году исполнилось шесть, о чём я узнала впоследствии. Итого - восемнадцать человек, не считая нас двоих. Сенджу практически исчезли как клан. Большая часть погибла во время первых двух мировых войн, сражаясь на передовой - сначала под командованием Хаширамы, а затем его брата, Тобирамы. Теперь же никому не была интересна судьба основателей Конохи. Судя по канону, сейчас в деревне были главными три клана - Учиха, Хьюга и Сарутоби. И если соклановцы нашего Хокаге выглядели как все остальные шиноби, то первые два резко выделялись на фоне всех остальных. Особенно Хьюга с их странными, словно слепыми, без зрачка, глазами. С одним из них я столкнулась на выходе из Дворца, врезавшись прямо в него.

Мой испуганный писк он встретил добрым смехом, коротко поклонившись вышедшей вслед за мной Цунаде.

- Давно не виделись, Сенджу-сан.

- И тебе привет, Хизаши-кун.

Отец Неджи? Вот так встреча! Не ожидала увидеть дядю Хинаты вживую, да ещё и так близко.

- Надолго в Конохе? - любопытно оглядев меня с ног до головы, Хьюга смущёно потёр нос, глянув на Цунаде. Она очень красивая женщина и все мужики чуть ли не слюни пускают на её грудь, с этим не поспоришь.

- Скорее всего да, решила взяться за наш госпиталь.

- Давно пора, - согласно кивнул Хизаши - а это кто с тобой?

Ну вот, начнётся сейчас представление. Представляю как отвалится челюсть у него от новости, что Цунаде успела родить ребёнка за стенами деревни.

- Это Эми, моя дочь, - меня аккуратно вытолкали и успокаивающе положили руки на плечи.

Тадам! Прошу любить и жаловать! Реакция Хьюги была бесценна. Выпучив глаза и как рыба хватая ртом воздух, он метался взглядом между нами двумя и не мог ничего толком сказать. Да уж, не каждый день узнаешь, что кто-то умудрился всё-таки затащить неприступную принцессу в постель. Хоть это и выглядело забавно, мне было всё-таки скорее грустно. Враньё рано или поздно вскроется, а вместе с ним и тот факт, что Сенджу так и осталась одинокой женщиной со смерти Дана. Коротко вздохнула, отряхнула свои штаны от пыли и снова спряталась за своей ка-чан. Пора привыкать её так называть.

"Эх, возраст уже не тот... мдаааа", - с хрустом коленях и болями в пояснице, он кое-как уселся в мягкое кресло, пододвинул к себе небольшой столик со стоявшим на нём чайничком, полным ароматного зелёного чая с жасмином. Чуть не обжёгся, взявшись за ручку, налил в пиалу исходящую паром терпкую жидкость. Чуть пригубил, ощущая как вкус распространяется во рту, щекоча ноздри и вызывая лёгкую дрожь, пробежавшую по ногам. Чай это целая культура, философия. Как и при курении трубки, здесь спешка и дёрганность ни к чему. Глаза прищурились от удовольствия. К аромату распаренного чайного листа примешался едва уловимый запах женских духов и медикаментов, который принёс с собой ветер. Он помнил этот запах, как и множество других.

- Ты вернулась.

- Я всегда поражалась Вашей невозмутимости и спокойствию, Акайо-сама. Пять лет прошло, а Вы совсем не изменились, и своим пристрастиям не изменяете... С вашего позволения.

- Конечно, пить чай в компании намного интереснее. И налей этой маленькой прелестнице тоже.

- Её зовут Эми, это моя...

- Дальняя родственница. Я помню Айяно-чан, девочка вылитая она. Прибереги свою легенду для чужаков. Ложь во спасение порой очень нужна, но здесь, между нами, Сенджу, в ней нет необходимости. Я рад, что ты привела её в Коноху, нам нужно держаться друг друга как никогда раньше, - сделав небольшой глоток чая, он сложил худые жилистые руки на груди - поверь мне, Эми-чан, ты быстро поладишь с остальными детьми. Мы живём тут все дружно, одной большой семьёй.

Неуклюже подхватив горячую пиалу, девочка ойкнула и уронила её на стол, разлив весь свой чай по столику.

- Простите меня, я всё уберу, - виновато, едва слышно сказала девочка, начав вытирать жидкость рукавом верхней одежды.

- Девочка, не стоит портить вещь, лучше сбегай в дом за тряпкой и заодно принеси чашку поменьше для себя, - ласково погладив её по голове, он подтолкнул малышку в сторону одноэтажного здания.

Проводив маленькую фигурку с мокрым пятном на левом рукаве кремового цвета курточки, он убедился, что она скрылась за тонкой бумажной дверью и повернулся к своей родственнице, которая уже со всем комфортом устроилась на соседнем кресле.

- Дорогая, береги девочку как зеницу ока. Её бабушка владела мокутоном, скорее всего гены передались и ей. И сразу отвечу на твой возможный вопрос - Хаширама был не единственным, кто мог выращивать деревья из своей чакры. Просто только он сумел достичь таких высот и не в последнюю очередь благодаря использованию природной чакры.