Последние поэты империи: Очерки литературных судеб

В деревне Бог живет не по углам,как думают насмешники, а всюду.Он освящает кровлю и посудуи честно двери делит пополам.В деревне он в избытке. В чугунеон варит по субботам чечевицу,приплясывает сонно на огне,подмигивает мне, как очевидцу.… … … … … … … … … … … … … …Возможность же все это наблюдать,к осеннему прислушиваясь свисту,единственная, в общем, благодать,доступная в деревне атеисту.(«В деревне Бог живет не по углам…», 1964)

Лишь концовка стиха говорит о некоей осознанной отчужденности свидетеля, о неслиянности с этим обожествленным столетиями крестьянским бытом. Но наступает время, когда хочется отбросить все эти мысли о себе, о своей оторванности от большого далекого мира. Время высшего христианского смирения перед жизнью:

Как славно вечером в избе,запутавшись в своей судьбе,отбросить мысли о себеи, притворись, что спишь,забыть о мире сволочноми слушать в сумраке ночном,как в позвоночнике печномразбушевалась мышь.Как славно вечером собратьлистки в случайную тетрадьи знать, что некому соврать:«низвергнут!», «вознесен!».Столпотворению причини содержательных мужчинпредпочитая треск лучини мышеловки сон…(«Как славно вечером в избе…», 1965)

Может быть, это состояние и есть самое сокровенное в жизни… Простота людей, простота отношений, простота вещей, простота самой жизни, как в его любимом стихотворении Николая Заболоцкого: «Вот они и шли в своих бушлатах — два несчастных русских старика».

Вспоминает Таисия Ивановна Пестерева: «С весны мы с Иосифом картошку садили. А когда он уезжал в августе, я у него спрашиваю: „Как же я ее одна-то теперь выкопаю?“ Отвечает: „Что делать, Ивановна! Надо ехать. По свету поездить“»…

Вот так и закончилась деревенская жизнь ссыльного поэта Иосифа Бродского, а заодно и его северное смирение. На воле бунт пасынка русской культуры продолжился. Таким его и примем.

21 сентября 2003 года.

Швеция, остров Готланд

Последний олимпиец: Юрий Кузнецов

* * *

Для того, кто по-прежнему молод, Я во сне напоил лошадей.Мы поскачем во Францию-город На руины великих идей.Мы дорогу найдем по светилам,Хоть светила сияют не нам. Пропылим по забытым могилам, Прогремим по священным камням.Нам чужая душа — не потемкиИ не блеск Елисейских полей.Нам едино, что скажут потомки Золотых потускневших людей.Только русская память легка мне И полна, как водой решето.Но чужие священные камни Кроме нас не оплачет никто.1980

Юрий Поликарпович Кузнецов родился 11 февраля 1941 года в станице Ленинградская Краснодарского края. Умер в Москве 17 ноября 2003 года. Похоронен на Троекуровском кладбище.

Отец — кадровый офицер, погиб на фронте, мать — учительница. После школы поступил в кубанский университет, но через год ушел в армию. Во время Карибского кризиса два года служил на Кубе (1961–1963). В 1965 году поступил в Литературный институт имени А. М. Горького (семинар Сергея Наровчатова), который окончил в 1970 году. Остался работать в Москве.