Последний хозяин

Как бы ни относится к большевикам и к В. И. Ленину, о Версальском договоре он сказал хорошо: «Договор хищников и разбойников… неслыханный, грабительский мир, который десятки миллионов людей, и в том числе самых цивилизованных, ставит в положение рабов. Это не мир, а условия, продиктованные разбойниками с ножом в руках беззащитной жертве». Можно и И. В. Сталина вспомнить. «Рано или поздно германский народ должен был освободиться от Версальских цепей… Повторяю, такой великий народ, как германцы, должен был вырваться из цепей Версаля», – заявил он в 1935 году в Кремле послу Великобритании в СССР Энтони Идену. Кто же эти «разбойники», от которых стонали и в Берлине, и в Москве? Да понятно, кто: Англия, Франция и США. Их хищническое и в то же время лицемерное поведение на международной арене – отнюдь не новость. Хорошей новостью стало то, что после 1945 года они действовали с опаской и оглядкой. Что останавливает бытового хулигана? Угроза. Когда ему показывают, что его не боятся и реально могут серьёзно ответить, весь его запал быстро и бесследно исчезает. К сожалению, крупные государства на международной арене слишком часто действуют хулиганскими методами. Лишь ядерный паритет; ужасная угроза смертельного ответа долгое время сдерживала их. За эти годы атомная бомба без преувеличения вошла в мировую культуру, стала её фактором. Язык – это способ думать; культура – это способ делать. Недаром латинский глагол colo, colere означает «возделывать». Оказалось, что возделывать можно не только сад, но и людей. В русском языке в таких случаях говорят о «воспитании», но смысл глубже и грубей. Людей, в том числе представителей правящих кругов, можно перевоспитать. Культурой.

Первое послевоенное поколение политиков отчаянно боялось повторения Мировой бойни потому, что война случилась на их глазах. Они видели её ужас, а многих II Мировая затронула лично. Президентом США в 1953–1961 гг. был Дуайт Эйзенхауэр, боевой генерал, участник двух Мировых войн. А СССР тогда возглавляли Н. С. Хрущёв, и позже Л. И. Брежнев – тоже люди, войну повидавшие. Казалось бы, «ястребы» с той и другой стороны; заявления и обвинения друг в друга бросают самые серьёзные. Сейчас вспыхнет бойня! Ан, нет. Ястреб-то он ястреб, а как вспомнит 18-летних солдатиков погибших и искалеченных, их оторванные руки-ноги, кишки кровавые в пыли, павших друзей – так и задрожит палец на ядерной кнопке. Закурит политик, глотнёт коньячку, почешет затылок, да и махнёт рукой: «Отбой. Давайте ещё раз попробуем договориться с этими проклятыми империалистами / коммунистами».

Главный урок и вывод из Великой Отечественной и II Мировой войны очень прост: всё, что угодно, только не война. Тех, кто нам не нравится, очень хочется уничтожить. Но этого делать ни в коем случае нельзя, потому что одновременно уничтожим и самих себя. Надо договариваться, как бы это ни было противно. Это касается не только войн между государствами, но и внутренних, гражданских конфликтов. Примерно 20 лет после 1945 года политики по обе стороны океана делали всё возможное, а порой и невозможное

, чтобы III Мировая война не началась. Поводов-то было предостаточно: один Карибский кризис 1962 года чего стоит. Но в последний, самый отчаянный момент рука с ядерной кнопки всё-таки убиралась. Буквально.

Затем к власти в мировых державах пришло поколение «детей войны». Сами они не воевали, но отцы рассказали им многое. Как положено, дети отцов не понимали, а их идеологические разногласия считали не очень существенными. Именно в этот момент ядерное оружие стало элементом культуры. Ведь культура искусственна: это не личный опыт, а опосредованный, кем-то, кому доверяешь, рассказанный. Отсюда, между прочим, мощное молодёжное антивоенное движение. Детки решили: «война – бяка, а отцов-ястребов – на свалку». Устами младенца глаголет истина: верно решили. Благодаря им мы до сих пор живы. От края войны мир постепенно отполз; с 1970-х пошла «разрядка». Одновременно с гонкой вооружений; на всякий случай.

А дальше случилось страшное: к власти в мире пришло поколение «внуков войны». Современный политик это человек 55–65 лет; он родился в 1950–1955 гг., плюс минус 5 лет. В локальных конфликтах он воевать мог, но в Мировой бойне не участвовал. А часто и нигде не участвовал: карьеру делал, пока другие воевали; потому всех и обскакал. Для него реально воевавший в Великую Отечественную или Вторую мировую – это старый занудный дед, вечно чем-то недовольный и ко всем придирающийся. Он от него в детстве прятался, чтобы по ушам не получить, а подросши, выпрашивал конфеты и карманные деньги. Бартер: я, дедушка, так и быть, твои байки о войне послушаю, но ты мне дай денежку на мороженое и девочек. В результате, «внуки» над Великой Войной обычно смеются и её отрицают. По принципу «этого не может быть; а у дедушки маразм».