Последний ребенок в лесу

Мэри Ривкин, профессор университета Мэриленда округа Балтимор, один из наиболее последовательных и серьезных ученых в области раннего детского образования, опирается на гипотезу биофилии и на исследования Стефана и Рейчел Каплан способов восстановления внимания, особенно на их работу «О природе, которая рядом», и широком спектре преимуществ, которые она дает детям и взрослым. По мнению Рискин, многие дошкольные учреждения «располагают отличными уличными игровыми площадками, потому что педагоги дошкольного воспитания поддерживают давнюю и прочную традицию содержания растений и животных, к которым дети имеют свободный доступ, и включают игры на открытом воздухе в распорядок дня». Она описывает типичные и идеальные способы озеленения: «Обычно школы начинают с небольших проектов, хотя есть и такие, где принимаются за работу с размахом, особенно в школах новой структуры». Можно начать с садов для бабочек, кормушек и купален для птиц, с посадки деревьев или растений местной флоры. Переходя к большим проектам, можно приступить и к разбивке прудов, к прокладыванию природных маршрутов или восстановлению ручьев и рек. Экологические проекты имеют большую ценность, чем просто красота. Искусственные или естественные реки предоставляют возможность для детских игр на воде. «В землю и песок можно не только сажать, из них можно и строить, для различных поделок может быть использована глина. Некоторые растения можно собирать, — советует Ривкин. — Наблюдение — это только часть процесса обучения. Трогать, пробовать на вкус, нюхать, разделять на части — все это тоже очень важно. Кусты и деревья замечательно подходят для того, чтобы по ним лазить». Если школьный двор надежно закрыт, детям нужны еще и места для уединения: кусты, высокая трава, груды камней. «Круг двухметровых сосен кажется маленькому ребенку настоящим лесом».

Как отмечает Ривкин, помощь с озеленением площадок 108 тысячам школ Соединенных Штатов — это титанический труд, несмотря на растущую поддержку со стороны различных учреждений, включая ассоциации, спонсируемые Американским садоводческим обществом, Североамериканской ассоциацией за природоохранное обучение, Обществом экологических исследований, Бруклинским и Кливлендским ботаническими садами и другими организациями. Все чаще и чаще заведения дошкольного воспитания и ухода за детьми размещаются в офисных зданиях, а это препятствует движению за естественную среду школьного двора. Окружающие многие школы «унылый асфальт и газоны со скошенной травой оказываются основным препятствием для получения знаний в природной среде». И несмотря на это, движение естественного школьного двора «на глазах набирает силу».

Существует и другое движение, переживающее периоды упадка и развития на разных экономических этапах: экошколы, программа которых изначально строится на исследованиях природы. Эта концепция популярна в Европе уже не одно десятилетие. 2800 экошкол существует в Великобритании, Северной Ирландии и Шотландии. Эта же концепция привлекает внимание Дейва Мэсси, регионального координатора Калифорнийского общества содействия экологическому образованию, нового государственного учреждения. Мэсси говорит о том, что руководство районов, где расположены школы, должно бороться за каждый сантиметр площади естественного ландшафта, прилежащего к школе, не только по причине содействия защите окружающей среды, но и в интересах образования. Он дает такие рекомендации: «Нам [необходимо] при разработке плана каждой новой школы учитывать фактор окружающей природной среды и ее доступности для учащихся». Будучи директором начальной школы, Мэсси очень ценит протекающую у школы речку и считает ее лабораторией под открытым небом: «Я вывожу сюда детей дважды в неделю, они изучают тополя, высаживают местные растения».

Есть и иное представление об экошколах — «зеленые» от фундамента до крыши здания, построенные с использованием, например, компактных соломенных блоков и штукатурки, что само по себе является завоевывающей все большую популярность относительно недорогой альтернативой в возведении стен повышенной изоляции. Такая школа сама по себе уже является предметом обучения экологии.

Навстречу движению «За взаимосвязь образования и природы»

Предположить, будто экошколы, озеленение школьных дворов или базирующиеся на природном опыте программы представляют основную силу экологического движения, было бы неверным, хотя их число постоянно увеличивается, и тот факт, что движение растет не только в Соединенных Штатах, но и в других постиндустриальных странах, очевиден.