Посмертные записки Пиквикского клуба В 2-х томах.

— Если, — перебил Том Смарт, пронзительно поглядывая на нее уголком левого глаза. — Если…

— Ну, ладно, — сказала вдова и, не выдержав, рассмеялась. — Когда я выйду замуж, надеюсь, муж у меня будет такой, какого вы мне желаете.

— То есть Джинкинс? — вставил Том.

— Ах, боже мой, сэр! — воскликнула вдова.

— О, не говорите мне, я его знаю, — объявил Том.

— Я уверена, что те, кто его знает, ничего дурного о нем сказать не могут, — заметила вдова, задетая таинственным тоном собеседника.

— Гм!.. — отозвался Том Смарт.

Вдова решила, что настало время расплакаться, и поэтому вынула носовой платок и пожелала узнать, имеет ли Том намерение ее оскорбить и считает ли он достойным джентльмена порочить репутацию другого джентльмена за его спиной; почему — если у него есть что сказать — он не скажет ему этого прямо в лицо, как мужчина мужчине, вместо того чтобы пугать бедную, слабую женщину, и так далее.

— Я и ему успею сказать, — ответил Том, — но сначала хочу, чтобы вы меня выслушали.

— Что же это такое? — осведомилась вдова, пристально глядя в лицо Тому.

— Я вас удивлю, — предупредил Том, опуская руку в карман.

— Если вы скажете, что у него нет денег, — перебила вдова, — мне это известно, и вы можете не трудиться.

— Вздор, чепуха, это мелочь, — возразил Том Смарт, — у меня у самого нет денег. Не в этом дело.

— Ах, боже мой, что же это может быть! — воскликнула бедная вдова.

— Не пугайтесь, — сказал Том Смарт.

Он медленно вытащил письмо, развернул его и недоверчиво спросил:

— Визжать не будете?

— Нет, нет! — отвечала вдова. — Покажите мне.

— В обморок не упадете и никаких глупостей делать не будете? — продолжал Том.

— Нет, нет! — поспешно сказала вдова.

— И не побежите расправляться с ним? — добавил Том. — Я сделаю это за вас, а вы поберегите свои силы.

— Хорошо, хорошо! — перебила вдова. — Покажите.

— Извольте! — сказал Том Смарт и вручил письмо вдове.

Джентльмены, дядя рассказывал, что, по словам Тома Смарта, вопли вдовы, узнавшей содержание письма, могли пронзить каменное сердце. А Том был очень мягкосердечен, и они пронзили его насквозь. Вдова качалась из стороны в сторону и заламывала руки.

— Ох, какие обманщики и негодяи мужчины! — восклицала она.

— Ужасные обманщики, сударыня, но вы не волнуйтесь, дорогая моя, — успокаивал Том Смарт.

— Как мне не волноваться! — вопила вдова. — Никогда не найду я человека, которого могла бы так сильно полюбить!

— О, конечно, найдете, душенька, — отвечал Том Смарт, проливая крупные слезы из жалости к злополучной вдове.

В порыве сострадания он обвил рукою стан вдовы, а вдова, вне себя от горя, сжала ему руку. Потом посмотрела ему в лицо и улыбнулась сквозь слезы. Том наклонился, заглянул ей в глаза и тоже улыбнулся сквозь слезы.

Так никогда и не удалось мне узнать, джентльмены, поцеловал Том вдову в этот знаменательный момент или не поцеловал. Дяде моему он всегда говорил, что не поцеловал, ну, а я все-таки сомневаюсь. Говоря между нами, джентльмены, я склонен думать, что он ее поцеловал.

Как бы там ни было, по полчаса спустя Том вытолкал за дверь очень рослого мужчину, а месяц спустя женился на вдове. Много лет подряд разъезжал он по округе на своей норовистой кобыле, запряженной в двуколку цвета глины, с красными колесами, а потом бросил свое дело и уехал с женой во Францию; старый дом был тогда снесен».

— Разрешите спросить вас, — осведомился любознательный старый джентльмен, — что сталось с креслом?

— Видите ли, — ответил одноглазый агент, — известно только то, что оно сильно трещало в день свадьбы, но Том Смарт так и не мог узнать, трещало оно от удовольствия или от телесной немощи. Впрочем, он склонен был предположить последнее, так как с тех пор кресло не проронило ни слова.

— И этой истории все поверили? — спросил грязнолицый субъект, набивая трубку.

— Все, кроме врагов Тома, — ответил торговый агент. — Одни утверждали, что Том все выдумал; другие говорили, будто он был пьян, и это ему почудилось, и будто он по ошибке взял чужие штаны, но врагам его никто не верил.

— Том настаивал, что все это правда?

— Все до последнего слова.

— А ваш дядя?

— Верил всему.

— Должно быть, славные были ребята — они оба, — заметил грязнолицый.

— Да, что и говорить, — согласился торговый агент, — ребята были очень славные!

ГЛАВА XV,в которой даются верные, портреты двух выдающихся особ и точное описание парадного завтрака в их доме и владения, каковой парадный завтрак приводит ко встрече со старыми знакомыми и к началу следующей главы

Мистер Пиквик начал уже испытывать некоторые угрызения совести, вследствие того что позабыл о своих друзьях, находившихся в «Павлине», и на третье утро после выборов он только-только собрался пойти и навестить их, но тут верный слуга подал ему визитную карточку, на которой было выгравировано:

Миссис Лио Хантер.

Логовище Итенсуилл.

— Там ждут, — лаконически доложил Сэм.