Посольство монахов-кармелитов в России. Смутное время глазами иностранцев. 1604-1612 гг.

Наконец, Мы лишаем и освобождаем полностью (так же как Мы это сделали для местных стран) вышеупомянутых монахов вашей Конгрегации, и дома, обители, монастыри и какие-то резиденции, которые вам случилось бы иметь в этих краях, в юрисдикции государства, превосходстве и власти всех и каждого, кто бы они ни были, Прелаты и церковные сановники, объявив всем и каждому из этих монахов, что духовно и доходами они подчиняются только вам, дорогому сыну, Комиссару-генералу, и Дефинитору Конгрегации Италии, и никоим образом по отношению к ним вышеупомянутые власти не могут их беспокоить; и Мы также заявляем, что ни одна религиозная Конгрегация Италии не может отправиться в вышеупомянутые страны без специального разрешения Генерала-Комиссара, ответственного за это, в противном случае они подвергнутся клейму вероотступничества.

Дано в Риме, недалеко от Святого Марка, под кольцом Рыбака, 13 июля 1604, нашего Понтификата 13-й».

Потерпев неудачу с первой попытки добраться до Москвы, миссионеры отправились в Варшаву, потому что были уверены в том, что встретят там не только короля Сигизмунда, но еще и своих главных защитников, между прочим кардинала Кракова, и они хотели посоветоваться с ним о том, что они должны предпринять, чтобы добраться до Персии. Сейм сразу же предоставил им возможность для решения этой проблемы. Вопрос действительно был решен в первый же день, якобы посол короля Польши должен был быть отправлен в качестве представителя к правителю Малой Тартарии (Крым), который находился в Перекопе[507]. Наши монахи попросились сопровождать этого посланника. Сигизмунд на это охотно согласился и пообещал, кроме того, рекомендательные письма. Заседания Сейма длились до 3 марта. Король возвратился затем в Краков. Миссионеры последовали за ним в компании кардинала, который не прекращал оказывать им свидетельства отцовского расположения. Именно Его Преосвященство сообщил им о смерти Климента VIII, наступившей 4 марта. Это событие, как казалось нашим монахам, особенно препятствовало их начинанию. Будет ли иметь преемник умершего великого папы такое же рвение к миссии в Персию? Препятствия, которым она подвергалась с самого начала, они не смогут снова вынести, или же им предстояло отказаться от своего замысла вообще, как от слишком сложного? Такими были сомнения, которые представлялись им в мыслях; но далее давайте скажем, что было там только желание или временное испытание. Действительно, как мы это увидим, миссии нашли в лице Павла V, почти ближайшего преемника Климента VIII, защитника не менее усердного, чем последний, для распространения веры и спасения душ.

Прибыв в Краков, миссионеры стали умолять кардинала подобрать приличный дом для их проживания, они решили просить приюта в некоторых католических миссиях. Они подчеркнули веские причины, по которым не могут воспользоваться гостеприимством прелата, который хотел разместить их в своем дворце. Они возвратились в монастырь братьев Францисканцев, где они провели остаток поста и отметили праздники Пасхи. В воскресенье in albis, они получили удовлетворение от известия, что у Климента VIII будет достойный преемник в лице кардинала Александра де Ме дичи, который был избран папой 1 апреля и взял имя Льва XI. Их радость, однако, не продлилась долго: после двадцати шести дней правления новый папа умер, не имея времени осуществить прекрасные обещания, которые он сделал Преподобному Петру Богоматери относительно персидской миссии.