Постдемократия

С точки зрения партийного руководства, отноше­ния с новым эллипсом более просты, более четки и окупаются гораздо лучше, чем отношения с преж­ними кругами активистов. Опыт тех, кто входит в со­став эллипса, намного полезнее, чем тот дилетантский энтузиазм, который может предложить обычный пар­тийный активист, не имея за душой ничего другого. Если экстраполировать тенденции последнего време­ни, то в качестве классической партии XXI века мож­но назвать организацию, состоящую из самовоспро­изводящейся внутренней элиты, далекой от массовых движений, которые служат для нее базой, и в то же время уютно устроившейся среди нескольких корпо­раций, которые, в свою очередь, финансируют выдачу подрядов на проведение опросов общественного мне­ния, услуги политических советников и труды по при­влечению избирателей в обмен на обещание партии в случае ее прихода к власти щедро вознаградить ком­пании, стремящиеся к политическому влиянию.

В настоящее время существует практически толь­ко один чистый пример такой партии, и это правая, а не социал-демократическая партия — итальянская «Вперед, Италия!». После краха Христианско-Демо-кратической и Социалистической партий, вызванного коррупционными скандалами в начале 1990-х, пред­приниматель Сильвио Берлускони — на самом деле тесно связанный с прежним режимом — собрал ре­сурсы обширной сети своих предприятий и быстро заполнил вакуум, который в противном случае обес­печил бы быстрый приход к власти тогдашней Ком­мунистической партии. В число его предприятий вхо­дили: телевизионные каналы, издательство, крупный футбольный клуб, финансовая империя, ведущая сеть супермаркетов и т. д. Спустя всего несколько месяцев Берлускони создал одну из ведущих партий италь­янского государства, и, несмотря на различные пре­вратности, в основном связанные с коррупционными скандалами, она остается таковой и поныне. Первона­чально в «Вперед, Италия!» вообще не было ни член­ства, ни активистов как таковых. Многие из функций, обычно выполняемых добровольцами, осуществля­лись наемными работниками различных предприятий Берлускони. Во внешнем финансировании, естествен­но, не было нужды, а кроме того, человек, владеющий тремя национальными телеканалами, общенацио­нальной газетой и популярным еженедельным жур­налом, не нуждается в партийных активистах, чтобы донести до избирателей свои взгляды.

 «Вперед, Италия!» — пример политической пар­тии, порожденной силами, выявленными в главе II: по сути, это компания или сеть компаний, а не орга­низация типа классической партии; она не возник­ла для озвучивания интересов какой-либо социаль­ной группы, а была целенаправленно сконструиро­вана представителями существующей политической и финансовой элиты. Кроме того, она выстроена во­круг личности своего вождя, а не вокруг какой-то конкретной партийной программы. Как отмечалось в главе I, само по себе это крайне характерно для постдемократии.

Однако история партии «Вперед, Италия!» также показывает, что для такой партии нового типа время еще не вполне настало. С годами она стала все силь­нее напоминать классическую партию: у нее появи­лись членство и структура местных добровольцев, и в результате она добилась более заметных успехов. Ключевым фактором в данном случае являлось зна­чение местных итальянских властей как важнейше­го связующего звена между народом и политиками и как животворной силы политических партий. «Впе­ред, Италия!» без сторонников на местах и без реаль­ного членства не смогла бы обеспечить фактическо­го, а не виртуального присутствия среди электората — и повседневного присутствия, и получения голосов избирателей в день выборов. Пойдя таким путем, «Вперед, Италия!» начала добиваться успехов в мест­ной политике, соответствующих ее позиции на на­циональном уровне, — хотя отчасти благодаря усили­ям Берлускони, который с помощью своих телестудий, по сути, превратил местные выборы в слепок нацио­нальной политики.

То, что отказываться от услуг местных активистов преждевременно, видно также на примере новых лейбористов. Эта партия добилась крупных успехов в привлечении источников корпоративного финан­сирования, тем самым избавившись от зависимости от профсоюзов и массового членства. Однако полити­ка нового типа, завязанная на чрезвычайно интенсив­ном присутствии в СМИ и на услугах наемных про­фессионалов, оказалась очень дорогостоящей. Нужда партии в деньгах возросла многократно. Миллионеры не заменили собой членов профсоюзов, потому что теперь, когда выборы обходятся в колоссальные сум­мы, партия не может отказаться ни от одного из ис­точников финансирования. Но шаги, необходимые для привлечения новых, богатых спонсоров из дело­вых кругов, могут вполне оттолкнуть от партии дру­гих сторонников.