Потерянный кронпринц Франции. Борьба за власть и тайна наследника Наполеона III

По просьбе королевы Виктории Чизлхёрст посетил врач сэр Уильям Галл, который, осмотрев императора, решил посоветоваться с известным урологом сэром Генри Томпсоном. Для консультаций к Наполеону III дополнительно вызвали знаменитого хирурга сэра Джеймса Педжета.

Императрица, со своей стороны, стала настаивать на операции, причем доктор сэр Генри Томпсон заверил ее, что удаление камней не представляет серьезной опасности для Наполеона III[72]. Этому врачу можно было всецело довериться, так как он провел успешное удаление камней у короля Бельгии Леопольда. За эту операцию королева Виктория посвятила доктора Томпсона в рыцари.

Конечно, риск был, как и при проведении других операций, но все верили в благополучный исход. Кроме того, болезнь прогрессировала, и тянуть с удалением камней становилось все более и более проблематично. Доктора Галл и Томпсон высказались за срочное оперативное вмешательство, тогда как доктор Педжет предлагал отложить операцию и провести мероприятия по улучшению общего состояния больного.

Из близких друзей в это время рядом находились принц Ашиль Мюрат и его супруга, принцесса Саломея Дадиани.

Операция состояла из нескольких этапов. Известный врач-анестезиолог Кловер начал готовить Наполеона III к операции 2 января 1873 года. Тогда для анестезии использовали хлороформ. Операцию на следующий день вел доктор сэр Генри Томпсон. При помощи камнедробителя он разбил в мочевом пузыре императора камень размером с грецкий орех и удалил все части, которые смог собрать. Следующие сутки император сильно страдал, так как из организма выходили острые осколки раздробленного камня, а после того как это прекратилось по причине непроходимости, Наполеона III второй раз погрузили в сон при помощи хлороформа. Вновь потребовалось мастерство хирурга, а за его вмешательством последовали четыре тяжелых для больного дня – 7 января 1873 года императора погрузили в сон третий раз с начала проведения операции[73].

Консилиум врачей в очередной раз собрался у постели больного рано утром 9 января 1873 года, ничто не предвещало катастрофы. Император чувствовал себя лучше, что подтвердил и его секретарь М. Руэр, заявивший врачам: «Императору стало намного лучше…»[74]. Очередное обследование больного врачи назначили на полдень. Спустя несколько часов, в 10.30 часов утра, совершенно неожиданно для всех его состояние резко ухудшилось, и после агонии, продолжавшейся всего несколько минут, бывший император Франции Наполеон III умер. Его последними словами, по воспоминаниям М. Руэра, были: «Правда, мы же не струсили тогда в Седане?»[75].

Вскрытие, которое провел ведущий патологоанатом Соединенного Королевства Джон Бёрдон Сандерсон, показало, что Наполеон III страдал застарелым циститом. В мочевом пузыре обнаружили остатки разбитых доктором сэром Г. Томпсоном камней. Левая почка не функционировала полностью, правая была сильно повреждена воспалением, но оставалась работоспособной, мочеточники сильно деформированы, все остальные жизненно важные органы Наполеона III находились в хорошем состоянии и не могли стать причиной смерти. Несмотря на это, по заключению врачей, причиной смерти стала уремия, то есть отравление организма продуктами белкового обмена. Этот диагноз оставляет множество вопросов, учитывая, что состояние императора после и во время операции не ухудшалось, а улучшалось, и смерть наступила неожиданно и практически мгновенно. Известно, что клинические проявления уремии нарастают постепенно, а ее симптомы не нашли отражения в истории болезни Наполеона III.

С точки зрения современной медицины, диагноз был ошибочен либо поставлен для того, чтобы скрыть истинную причину гибели Наполеона III. Но именно этот диагноз стал официальным и появился в газете «Таймс» и в медицинских журналах Англии. Однако доктор Галл отказался подписываться под ним, он опубликовал отдельный отчет, во многом схожий с официальной версией.

Совершенно естественно, что многие газеты, как в Англии, так и во Франции, стали задавать вопросы, на которые ответов не последовало. Почему в качестве анестезии использовали хлороформ, а не эфир? Каковы были дозы успокоительных и наркотических веществ, выдаваемых Наполеону III? Как до этого лечили императора, то есть еще во Франции? Вопросов много.

Особенно настораживает здесь другое – неожиданность случившегося. Конечно, люди умирают и от более простых болезней. Но когда смерть настигает императоров, вопросы должны возникать всегда. Могла ли быть эта смерть неслучайной? Вариантов немного.

Мы, безусловно, не можем опровергать официальный диагноз за отсутствием полной информации и документов, но это и не требуется. Внезапность кончины известного политического деятеля всегда настораживает и требует ответов на все поставленные вопросы. Малейшее сомнение делает официальную точку зрения ущербной до тех пор, пока не будут выяснены все обстоятельства трагедии.