Поваровка под колпаком

Бренк и Златко по своему обыкновению переглянулись. Костя вдруг подметил, что в глазах обоих сверкнули веселые искорки, будто они заранее предвкушали что-то очень забавное.

– Пойдемте, пойдемте! – поторопил всех Златко.

Вблизи дача с гелиоустановкой на крыше удивляла еще больше.

Сквозь прозрачный забор-частокол легко можно было разглядеть стоящий посреди участка сложный агрегат, в котором легко угадывалась некая чудодейственная универсальная сельскохозяйственная машина, предназначенная как раз для работы на небольших дачных участках.

– Вот это да! – восхищенно молвил Изобретатель, и глаза у него загорелись.

Златко и Бренк уже стояли перед воротами. Бренк нажал кнопку звонка.

– А, нам сюда? – вырвалось у Лаэрта Анатольевича. – Это хорошо! Здесь талантливый человек живет!

– Вера Владимировна, Лаэрт Анатольевич, – сказал Златко. – Очень прошу вас, не волнуйтесь! Сейчас вы увидите что-то очень для вас удивительное. Но, если подумать, ничего удивительного тут нет.

Калитка распахнулась, но неясно было кто ее открыл. Вероятно, она была снабжена устройством, управляемым на расстоянии.

Петр, Костя и все остальные вслед за Златко и Бренком ступили на дачный участок.

Сразу же за калиткой Изобретатель просто застонал от восторга. Да и все остальные, за исключением только Златко и Бренка, которых, понятно, ничем не проймешь, застыли в немом изумлении.

Было отчего: слева от дорожки, ведущей к дому, густо росли кусты смородины, усыпанные крупными черными ягодами, и их деловито собирало многолапое механическое существо. Быстро, с ювелирной точностью, лапы перекладывали ягоды в прямоугольный контейнер, стоящий на маленьких рельсах.

На глазах у всех быстро наполнившийся контейнер двинулся по рельсовому пути к дому, а на смену ему с другой стороны подошел точно такой же, но пустой.

Справа от дорожки, на небольшой лужайке, тоже было на что посмотреть. Здесь негромко стрекотала маленькая газонокосилка, которой управлял робот, выглядевший точно так же, как этих механических людей описывали в своих книгах фантасты.

А всеми действиями робота в свою очередь руководил мальчик лет пяти-шести, сидевший за рулем крошечного, но, по всему было видно, вполне настоящего автомобиля.

– Правее возьми! – указывал он роботу тоненьким детским голоском, – нет, так дело не пойдет! Давай начнем сначала!

Некоторое время в полном молчании все только крутили головами, переводя взгляды с механического уборщика смородины на мальчика с роботом и наоборот.

Потом Вера Владимировна, сообразив, что лучше все-таки обратиться к живому существу, растерянно позвала:

– Мальчик! Ты чей? Где твои мама и папа?

Мальчик обернулся. Вероятно, что-то удивило его в гостях, потому что взгляд его стал столь же растерянным, как голос Веры Владимировны.

Но сказать он ничего не успел, так как в то же мгновение с террасы сбежал к ним по ступенькам крыльца какой-то всклокоченный бородатый человек и громко воскликнул:

– Ну наконец-то! Милости просим! Верочка, вот они и появились, иди сюда скорее!

И Костя с Петром, Александра Михайловна со Степаном Алексеевичем и Лаэрт Анатольевич с Верой Владимировной застыли в глубоком и ни с чем не сравнимом потрясении.

Оказалось, что человек, спустившийся с террасы, был точной копией Лаэрта Анатольевича, разве казался чуть постарше. А из дверей выглядывала вдобавок и точная копия Веры Владимировны.

– Ой, – сказала та Вера Владимировна, что была в саду и сильно побледнела. К ней тут же кинулись со взволнованными лицами оба Лаэрта Анатольевича, а Вера Владимировна, стоящая на террасе, крикнула:

– Вера! Да ней бойся ты ничего! Ведь я это ты и есть, а Лаэрт он и есть Лаэрт.

– Мать честная! – потрясенно выговорил Степан Алексеевич.

– Постойте-ка, – хладнокровно сказала доктор педагогических наук. – Я, кажется, что-то начинаю понимать.

– Правильно! – отозвался тот Лаэрт, что казался постарше. – Тут и понимать нечего. Верочка, да успокойся ты, сейчас тоже все поймешь, – он нежно погладил бледную Веру Владимировну по голове.

Другой Лаэрт сверкнул было на него глазами, но все же изумление, как видно, оказалось сильнее все других чувств и он, в свою очередь погладив Веру Владимировну и наспех проговорив какие-то неясные ласковые слова, вопрошающе уставился на своего двойника.

Тот быстро сказал:

– Мы вас ждали! Ведь я это действительно ты, только несколько лет спустя. И поскольку несколько лет назад я сам был тобой и действительно приходил к себе сегодняшнему, то как раз сегодня и ждал. А Верочка, ну моя жена, это действительно вот эта самая Вера Владимировна, только, конечно, теперь на несколько лет постарше, и она тоже знала, что вот эта Верочка должна как раз сегодня появиться из не очень далекого прошлого, потому что она тоже и была когда-то вот этой самой Верочкой.

– Ой, – сказала еще раз та Вера Владимировна, что была в саду, а та, что все еще оставалась на террасе, согласно закивала и добавила: