Повелительница сердец

– Ну не для красоты же! Для исследований, конечно, для чего же еще?! Причем я еще не знал для каких и для какого количества. С тех пор я стал каждый вечер выходить на связь с Гусевым. Он, кстати, неплохой патологоанатом… был…

– Ой, не говори о Леше в прошедшем времени… я еще к этому не привыкла. Боже, что же я скажу Асе?!

– А кто у нас Ася? – спросил Марек.

– Моя подруга. И близкая подруга Леши, – пояснила Яна, стуча зубами о край чашки.

– Да? Тогда за нее следует попереживать! – покачал он своей большой головой, и густые рыжие волосы пощекотали лицо Эйнштейну.

– «Следует попереживать»… – передразнила его Яна. – Погиб такой хороший парень! Ее, можно сказать, любимый! У Аси было много любимых, но дело не в ее любвеобильности, а в том, что она все время выбирает не тех парней. Просто напасть какая-то!

– Ты на меня не кричи, я тут ни при чем, – вскинулся Марек. – Я его даже не видел. Он сам вышел на меня, буквально навязался мне на голову. А я зачем-то откликнулся, хоть и сразу понял, что этот Гусев – фанатик своего дела…

– Извини. Фанатиком Леша действительно был. И еще он пил. Ну, крепко иногда выпивал… Ой, а какой он мне день рождения устроил в своем морге! – вдруг вспомнила Яна и расплакалась.

Норвежский гигант польского происхождения растерялся.

– Да ладно тебе… Ну что ты? Съешь вот конфетку… Ты плачешь от того, что тебе было страшно на своем дне рождения? – спросил Марек.

Яна подняла на него заплаканное лицо, все в мокрых дорожках.

– Ничего-то ты не понимаешь в загадочной русской душе…

– Точно, ничего! – тут же согласился парень с видом провинившегося школьника, стоящего перед строгой учительницей.

– Леша был душа-человек! Понимаешь? – вытерла она слезы.

– Понимаю…

– Вот! Рассказывай дальше, – шмыгнула носом Яна.

– Алексей сообщил мне, что один муж Анфисы захоронен в Москве. Что он сам хотел исследовать печень и почки покойного, но ему не удалось, он потерял работу. Потому что вмешалась полиция… или милиция… и эти органы отобрала у девушки, которая пыталась их спасти, отнести к себе домой, в холодильник из-за того, что в морге сломалось холодильное оборудование. Причем электричество выключилось после какого-то фейерверка. Я не знал, что у вас так бурно празднуют похороны.

– Мы праздновали мой день рождения, – вяло пояснила Яна.

– Оригинально… Вообще, когда Алексей мне все это рассказал, я на секунду подумал, что меня разводят, надо мной кто-то шутит. Что я стал жертвой своего собственного образа жизни. Очень замкнутого и нелюдимого. Что уж слишком я погрузился в свои исследования, в компьютер, оградив себя от всего мира, поэтому, когда все-таки пошел на контакт, так сильно обманулся. Но потом Гусев убедил меня, что он не врет и не шутит…

– Какие уж тут шутки! – прервала его Яна. – Той девушкой, которая несла органы и пыталась их спасти, была я.

Марек Касински с интересом посмотрел на нее.

– Ого! А как же ты их потеряла? В смысле – почему полиция вмешалась?

– На меня маньяк напал.

– Хм, охотно верю! – почему-то обрадовался Марек, сам напоминая сейчас маньяка. – Если ты была в такой же одежде и с таким макияжем, как сейчас, то ни один маньяк не мог пройти мимо. Точно говорю!

– Это ты так в людях разбираешься? И в маньяках, видимо, тоже? – спросила Яна. – Я была еще сильнее накрашена и в еще более короткой юбке.

– Тогда все понятно! Так вот, Алексей сообщил мне, что органы, которые ты потеряла, потом вернули, и их захоронили вместе с останками умершего мужчины, которого звали Дмитрий. Гусев узнал, где его могила, и ночью разрыл ее…

– Что?! Разрыл?! Сам, что ли?! – воскликнула Яна, залпом допивая кофе.

– Не знаю. Я рассказываю тебе только то, что известно мне самому. Как разрывал, я понятия не имею, не присутствовал, а он сам процесс подробно не описывал. Не думаю, что это можно сделать в одиночку. Скорее всего, Алексей подговорил работников кладбища…

– У нас в России правильнее сказать – подкупил, – отметила Яна.

– Да, точно! Он как раз говорил, что серьезно материально потратился, когда начал это дело. Ну, расследование преступлений женщины по имени Анфиса, которая травит своих мужей.

– Вот! У нас все так и начинается: надо дать энную сумму Ивану Петровичу, чтобы тот позвонил Петру Васильевичу… На кладбище народ работает специфический. За бутылку водки кого угодно пустят ночью на кладбище, а уж за тысячу или две помогут и разрыть могилу, и похоронить покойника заново.

– Короче, Гусев написал мне, что достал фрагмент ткани и косточку от тела Дмитрия… Потом Алексей поехал в Рязань. Именно там жила Анфиса, будучи во втором браке. Второго ее супруга звали Александр, и был он антикваром…

– В возрасте? – спросила Яна.

– Не понял…

– Он был пожилым мужчиной?