Повседневная жизнь Аравии Счастливой времен царицы Савской. VIII век до н.э. - I век н.э.

На Высоких Землях (на плоскогорье) ступени племенной пирамиды те же самые, только они связаны и с определенной территорией. Так, царство, племенная конфедерация, федерация, само племя, наконец, суть объединения, имеющие четко выраженную территориальную определенность, территориальные границы. Племя входит в более широкий социум, который обозначается тем же самым словом — как «племя»: «ша'аб». Именно первое племя (в более узком смысле) представляет собой наиболее устойчивую и наиболее долговечную ступень пирамиды, но у него нет имени собственного, то есть оно несет на себе название той территории, которую оно заселяет. Некий За'д именует себя «Йафа'ий», так как в Йафа' арендует ферму у «сеньоров Йафа'»; некий Ма'дикариб заявляет, что он — из племени Хавлан (Хавлан — это пункт юго-восточнее Саны); там он роет колодцы с целью орошения земель; Ллиса'ад и его четыре брата зовутся «бакилитами» (из Бакиля), а также «'амранитами» (жителями города 'амран). В противоположность минейцу, член горного племени идентифицирует себя либо по городу, либо по местности, причем возможна и двойная идентификация. Племенная организация, бывшая вполне сложившимся социумом еще в эпоху античности, пролагает себе путь через века с поразительными настойчивостью и последовательностью. Многие древние племена существуют поныне: Бакиль, Хашид, Синхан и др. Некоторые из них мигрировали. К примеру, Бакиль, жившее первоначально западнее нынешней дороги Сана — Саада, переселилось на восток, а племя Хашид продвинулось в противоположном направлении. Имена таких племен, как Хадрамаут и Радман, совпадают с занимаемыми этими племенами территориями.

Социальная иерархия

Итак, южноаравийское общество являет собой пирамиду, каждая из ступеней которой обеспечивает сплоченность целого. На ее вершине — несколько больших благородных семейств. Эти «гранды» проживают по городам, между тем как их богатство проистекает из их имений за чертой города; каких-либо титулов они, видимо, не носят. Монархи — выходцы из этих больших семейств. Они носят высокий титул, но абсолютной властью не пользуются. Им в повседневной работе помогает городской «совет» (из 12 членов в Баракише и из 8 — в Хараме), в важных случаях созывается собрание племени. Эти политические институты издают, во главе с царем, указы, а также установления, имеющие силу закона.

На Высоких Землях племена также образуют свою пирамиду, центром тяжести которой и связующим звеном всей системы выступает город. На каждой ступени — свой фиктивный или действующий орган, ответственный за выполнение обязанностей, возложенных на данную ступень, то есть на данную социальную группу в целом. Среди такого рода обязанностей запомним: снаряжение военных и торговых экспедиций, работы по строительству гидротехнических сооружений и по ирригации, а также, вероятно, отправление культа^{4}. Эта автономия соответствует потребностям страны горной, в которой области обособлены, а пути сообщения трудны. Второй уровень власти (в эпоху близкую к нашей эре) проходит по межплеменной конфедерации, возглавляемой королем (царем) и его баронами («благородными» — «кайл»), советом и ассамблеей конференции. В социальной иерархии ниже благородных располагаются стоящие во главе кланов и племенных фракций нотабли. Они — «клиенты» больших семейств, представителей которых они почитают как своих «сеньоров». На еще более низком уровне — члены кланов и фракций, а на самом низу общества, уже вне племенной пирамиды, — раб ('адам). Он принадлежит не отдельному господину, но — семейству или целому клану; он может владеть землей, работать на ней или в каменоломнях, но у него нет права ни на свободное перемещение, ни на ношение оружия^{5}. К началу нашей эры его судьба не представляется драматичной.

Об этой иерархии свидетельствует характер деятельности различных социальных групп. Благородные поглощены войной или ведением сельского хозяйства в своем домене; члены племен могут посвятить себя торговле или ремеслу. Коммерцией, стало быть, пренебрегает аристократия таких больших племен, как Саба'и Катабан. Минейцы, напротив, на торговле специализируются, что и служит косвенным указанием на то, что они не были на равной ноге с первыми. Несколькими веками спустя земледельческое в основном общество Йемена смотрит презрительно на всякого рода меркантильную деятельность. Возделывание земли, напротив, высоко ценится как средство обеспечения независимости в области производства продуктов питания; торговцы находятся в зависимом от членов племени положении. И в наши дни термин кабили (член племени) совпадает с понятием «земледелец».

Место женщины