Повседневная жизнь Арзамаса-16

Взаимоотношения Церкви с большевистской властью с самого начала были враждебными. Как одна, так и другая стороны не признавали за своим противником права выражать чаяния и волю народа. Православное духовенство в своем большинстве считало незаконной власть большевиков, власти же, не без оснований, рассматривали Церковь как оплот контрреволюции и к тому же как возможный источник средств для укрепления своего положения. В декрете Совета Народных Комиссаров «О свободе совести, церковных и религиозных обществах» (другое название декрета — «Об отделении церкви от государства, и школы от церкви») было записано: «Никакие церковные и религиозные общества не имеют права владеть собственностью. Прав юридического лица они не имеют». Вскоре после декрета была выпущена инструкция по его реализации. В ней еще раз подчеркивалось, что церкви и монастыри лишались права владения движимым и недвижимым имуществом, включая храмы, землю, подворья и т. д. Им запрещалось заниматься благотворительностью, обучением детей. Помимо чисто нормативного значения этот декрет предоставил неограниченную свободу действий местным чиновникам всех рангов.

Административно Саровская пустынь вместе со всеми своими владениями относилась к Темниковскому уезду Тамбовской губернии. Из всех уездов, вошедших впоследствии в состав Мордовии, в Темниковском советская власть была установлена позже других. Первый денежный побор новой власти с Саровской пустыни состоялся уже 15 марта 1918 года — председателю уездного исполкома С. И. Лебедеву было отпущено из монастырской казны 50 тысяч рублей.

Конфисковывали в Сарове не только деньги. Монахи, привыкшие аккуратно по приходно-расходным книгам вести хозяйство, записывали все реквизированное вплоть до перочинных ножей, спичек и мыла. Для Красной армии конфисковывались одеяла, матрасы, подушки. Было отобрано 29 лошадей (из 52 имевшихся в монастыре). Любопытная деталь: трех лошадей из этих двадцати девяти более высокие власти заставили комиссара Сарова Астраханцева, успевшего приватизировать их раньше, вернуть назад. За год было изъято 6700 пудов зерна, крупы и муки.

Согласно статистической сводке, в июле 1918 года в Сарове постоянно проживали 837 человек, из них более 400 человек монашествующей братии, более трехсот мастеровых и рабочих, занятых в монастырском хозяйстве, остальные чиновники почтовой станции, торговцы и т. п. Также записано «богомольцев, средним числом, ежедневно — 2500 чел.».

Пытаясь приспособиться к новым обстоятельствам, монастырское руководство изыскивало легальные способы оформления своих дел. Усилия оказались не напрасны. В июле 1919 года устав артели был зарегистрирован, монастырю было возвращено право пользования землей и хозяйством. Правда, властям не понравилось название артели, явно указывавшее на монастырское ее происхождение. Поэтому «…вместо „Саровской“ названа „Сатисская артель“, ибо земельные угодия возле р. Сатис и в действительности пустынь имеет название „Градо-Сатиево-Саровская пустынь“». Уже тогда, оказывается, начальство боролось с названием «Саров».

В распоряжении Сатисской земледельческой артели находилось 170 десятин пахотной земли и 250 десятин луговой. Основная пашня была на Филипповке, в 12 верстах от монастыря. Работало в артели около 300 человек. Но просуществовала артель меньше года. 19 марта 1920 года артель была ликвидирована, на ее месте организовалось советское хозяйство. О причинах всех этих метаний можно только догадываться. Официальная мотивировка: «…политическая и хозяйственная несостоятельность артели и возможность лучшего использования в общих государственных интересах хозяйства через совхоз».

Но монахи продолжали свои ходатайства о возвращении им земли. Положение дел может немного проиллюстрировать отрывок из одного документа.

В марте месяце сего 1920 года советское хозяйство Темниковского уезда взяло трудовую артель в свое ведение и стало распоряжаться… как собственным своим хозяйством, вследствие чего наша трудовая артель распалась на три категории: рабочих советского хозяйства, артели кустарей и называемых богадельников. Трудовая наша артель дела вела аккуратно, книги велись исправно, земля обрабатывалась образцово, словом, все было в наилучшем виде, но в марте месяце положение дела изменилось: наша артель взята в советское хозяйство <…> Причину выяснить мы не можем. Вины в себе никакой не знаем. Теперь что же у нас образовалось: рабочие советского хозяйства имеют свой стол, артель (20 чел.), кустари тоже имеют свой стол, а богадельникам до 1-го августа, хотя выдавалось продовольствие, хотя в меньшем количестве, а с 1-го августа совсем отказано и в хлебе и продовольствии. Кто же богадельники? Это люди убогие: слепые, раненые на войне и старики, прожившие в Саровской пустыни от 40 и более лет.

Ввиду всего изложенного просим вас восстановить нам артель и тем помочь нашим богадельникам, уделением продовольствия для общего стола и организацией той трудовой артели, которая могла быть полезной как государству, так и нам.

15/2 Сентября 1920 года