Жан Марабини

Повседневная жизнь Берлина при Гитлере

Берлин остается Берлином!

Около семидесяти лет тому назад, 30 января 1933 года, в 7 «а» классе харьковской школы № 1 появился новичок— Миша Осовец. Сам по себе приход в класс нового ученика конечно же не является сенсацией, но здесь был особый случай… Люди старшего поколения, жившие за «железным занавесом», помнят, сколь редко тогда можно было встретить не только иностранца, но даже и соотечественника, которому довелось побывать за рубежом. В те годы слова «инопланетянин» и «пришелец» не были столь популярны, как сейчас, но именно они, пожалуй, лучше всего подходили к нашему новому однокласснику. Миша прибыл к нам хотя и не с другой планеты, а из столицы Германии Берлина, но тогда это было почти одно и то же. Все в нем было для нас странным и необычным — манера поведения, школьные принадлежности, даже одежда (короткие брюки-шорты и застежки-молнии). Он часто рассказывал нам о Берлине, и рассказы его пленяли нашу фантазию. Я вместе с другими моими одноклассниками возмечтал побывать когда-нибудь в Берлине, одновременно понимая всю несбыточность этих помыслов и терзаясь угрызениями совести из-за пагубности моей мечты, ибо юный пионер-ленинец, готовящийся вскоре вступить в комсомол, не имел права, не должен был прельщаться рассказами о столице капиталистической державы. Дата 30 января 1933 года запомнилась мне вовсе не в связи с нашим новичком-берлинцем, а потому что (тогдашние школьники, не в пример нынешним, очень живо интересовались политикой и всем, что происходило в мире) именно в этот день в Берлине пришел к власти невзрачный мужчина, бывший ефрейтор с чаплинскими усиками и комичной челкой — Адольф Гитлер.

Мог ли я тогда подумать, что будущая моя судьба — и в победном 45-м, и много позже, вплоть до сегодняшних дней, — окажется тесно связанной с германской столицей…

Содержание книги, которую читатель держит в руках, полностью соответствует ее названию. Жан Марабини не ограничивается перечислением широко известных и полузабытых исторических событий (как это чаще всего бывает), а талантливо рисует картину повседневной жизни Берлина в 30–40-е годы теперь уже прошлого века во всем ее колорите. Достойна искреннего удивления и восхищения способность современного французского автора-журналиста так тщательно вникать во все подробности быта и нравов того времени. Перед нами проходит пестрая вереница персонажей: представители власти и обыватели, фабриканты и рабочие, дамы высшего света и модистки, охранители правящего режима и заговорщики, рядовые нацисты и нацистские бонзы. Портреты властителей Германии, на мой взгляд, особенно удались автору. Это касается и престарелого президента Пауля фон Гинденбурга (проблема впадающих в маразм руководителей государства, увы, знакома нам до боли), и нацистской верхушки — «великолепной четверки», или четырех «Г», как обобщенно называли тогда у нас Гитлера, Геринга, Гиммлера и Геббельса. Некоторая же упрощенность в объяснении причин, по которым Гинденбург отправил в отставку фон Шлейхера и назначил рейхсканцлером Адольфа Гитлера, равно как и некоторые другие встречающиеся порой в книге поверхностные оценки служат только лишним подтверждением того, что Ж. Марабини-бытописатель, безусловно, превосходит Ж. Марабини-историка. Эта оговорка ни в коей мере не призвана умалить очевидных достоинств данной книги, тем более что автору в данном случае несомненно повезло с переводчиком — труд Т. А. Баскаковой заслуживает самых высоких похвал.