Повседневная жизнь Кремля при президентах

Это были врачи-универсалы, поскольку они отвечали за здоровье человека, а не за состояние отдельных органов. И зрение, и слух, и сердце, и желудок — все было на их попечении.

В медицинском обслуживании членов ЦК был уже другой порядок: врачи не должны были постоянно находиться при своих пациентах, их вызывали по звонку, и у каждого был не один, а несколько пациентов.

Для такой работы очень сложно подобрать специалиста. Не каждый согласится, не у каждого хватит характера. Не знаю, может быть, и попадали в Четвертое главное управление Минздрава случайные люди. Но мне известно, что личный врач Брежнева академик Е. И. Чазов, который долгие годы возглавлял Четвертое управление, относился к подбору кадров очень ответственно. Хотя, возможно, кого-то, как это у нас водилось, принимали по блату, по звонку.

Зарплата у врачей управления была процентов на 10–15 выше, чем по всей стране. Врач получал достойное жилье, никогда не нуждался в медикаментах и специальном оборудовании. Ему было обеспечено качественное питание в служебных столовых. Врачи Четвертого управления имели возможность повышать свой профессиональный уровень, изучать новые методы лечения. Для них регулярно проводились лекции по повышению квалификации. При этом они не имели права экспериментировать с подбором лекарств. Тут на помощь приходили крупнейшие специалисты, консультанты ЦКБ и спецполиклиник. Руководство управления с завидным упорством выбивало деньги на новое оборудование, следило за тем, чтобы сотрудники получали необходимые навыки работы с ним.

Конечно, сейчас ситуация совсем иная. Финансирование слабое, и частные клиники у нас располагают порой более современным оборудованием, чем кремлевская больница.

ЦКБ всегда была местом, где останавливались на лечение зарубежные гости ЦК КПСС, элита коммунистических и рабочих партий всего мира и их родственники. Здесь их обследовали, прежде чем направить на реабилитацию в Крым, на Кавказ или в здравницы Подмосковья. Здесь лечили и выхаживали. Думаю, сегодня невозможно точно сказать, сколько человек воспользовалось этой возможностью, но речь идет, безусловно, о тысячах.

В центральном корпусе ЦКБ есть спецблок для пребывания там генерального секретаря, а теперь президента Российской Федерации. Это большой трехкомнатный люкс, где можно работать: принять кого-то для беседы, провести совещание. Еще в советское время здесь же был оборудован специальный блок для зарубежных гостей высшего уровня. В соответствии с международной практикой принимающая сторона обязана обеспечить главе иностранного государства место в больнице на случай непредвиденных обстоятельств. Сегодня, как и прежде, это палата в ЦКБ. В кортеже высокого гостя на всякий случай должна быть машина «скорой помощи». Бригада врачей имеет четкие инструкции: если что случится — они привезут гостя в ЦКБ, а там будет обеспечена экстренная помощь и круглосуточное дежурство. За рубежом все обстоит точно так же. Мы приезжаем, нам сообщают, в каком госпитале зарезервировано место. Во Франции или ФРГ это может быть частный госпиталь, который находится под контролем правительства. В США это, как правило, военный госпиталь. Готовя визит, протокольная служба проверяет, какие в госпитале условия, наш врач изучает обстановку, обменивается номерами телефонов со службами госпиталя. Первое время я всегда сам при этом присутствовал, проверял палату в Америке, Франции, Германии. Потом, зная в целом, как обстоят в таких лечебных заведениях дела, больше полагался на нашего врача.

Начиная с 1996 года в связи с ухудшением самочувствия президента вместе с Ельциным за рубеж выезжала бригада врачей, 3–4 человека. На всякий случай мы брали кардиолога. В самолете был оборудован специальный отсек для медиков, где они могли при необходимости подключить свою аппаратуру. Для подстраховки у нас обязательно была предварительная договоренность с соответствующим зарубежным кардиоцентром.

Сегодня можно из любой страны пригласить специалиста для консультации. Консультировать наших докторов перед операцией по аортокоронарному шунтированию приезжал из США Дебейки, светило кардиохирургии. Борису Николаевичу предлагали сделать операцию на сердце за рубежом. Но он наотрез отказался, положившись на наших врачей. Прошло уже довольно много времени, ему регулярно делают обследования, в частности в Институте сердца в Германии. Сердце работает нормально. И это лишний раз свидетельствует о том, что у наших хирургов золотые руки. На Западе очень высоко ценят наших Р. С. Акчурина, Л. А. Бокерию. Это великие врачи. Если бы можно было снабдить таких специалистов новейшей западной техникой!

Громадные концерны, такие, как «Сименс», работают над разработкой нового оборудования для Института сердца в Германии. В результате институт располагает уникальной аппаратурой, которую может обновлять буквально каждый год.