Повседневная жизнь масонов в эпоху Просвещения

Эта дата считается днем рождения масонского общества, охватившего своей сетью весь мир и действующего до сих пор. Что же принципиально нового было создано в тот день, раз масонские ложи уже существовали?

Корпорации «вольных каменщиков», сложившиеся в Средние века, были привилегированными цехами и замкнутыми общинами. «Вольными» их члены назывались потому, что могли свободно перемещаться, переходя из страны в страну, а ложей изначально именовалось помещение вблизи стройки, где жили мастера, подмастерья и ученики. Это были строители соборов, возводившие сложные архитектурные сооружения. Мастер обладал глубокими познаниями в области геометрии, физики (сопротивления материалов), математики и архитектуры и передавал эти навыки, составлявшие профессиональную тайну, подмастерьям и ученикам в обстановке строжайшей секретности. Чтобы поступить в ученики, претендент должен был уже быть профессионалом — каменотесом, плотником, штукатуром, резчиком — и продемонстрировать свои умения в ходе экзамена. В случае успеха он становился членом братства, основанного на высоких моральных устоях, благочестии и внутренней дисциплине, и с годами мог овладеть передовыми для того времени учениями Евклида и Пифагора, которые, вполне возможно, составляли основу определенной философии. Такие цехи существовали в Германии, Франции, Шотландии.

Смотритель королевских построек, чиновник шотландской короны Уильям Шоу составил в конце XVI века серию уложений — «Статуты Шоу», покрыв всю Шотландию сетью лож[1]

, обладавших правом присваивать рабочим две степени: ученика и подмастерья. Ученик должен был провести у мастера или подмастерья семь лет. Подмастерье, став членом гильдии мастеров, покидал ложу и вступал в замкнутый мирок мастеров, руководивших ложами. Ложи являлись юридическими лицами, гражданские и церковные власти не чинили им никаких препятствий.

На основе корпораций вольных каменщиков возникли другие братства, не имевшие отношения к строительному делу. Самой древней известной масонской ложей такого рода является ложа Часовни Марии, основанная в 1599 году Уильямом Сент-Клером в Эдинбурге. Все подобные ложи были созданы в Шотландии в соответствии со «Статутами Шоу». Они ревностно оберегали свою независимость. Ритуал посвящения был очень простым и сводился к сообщению двух паролей; подобных же обрядов придерживались и в других цехах или братствах того времени, например в обществе «вольных садовников».

Желание соединить физический опыт и духовное знание привлекло в это замкнутое общество пытливых людей со стороны. Надо сказать, что и сами «вольные каменщики» нуждались во влиятельных покровителях, чтобы сохранить свои привилегии. В виде исключения в рабочие ложи Эдинбурга, обычно закрытые для посторонних, были допущены сэр Роберт Морей (20 мая 1641 года в Ньюкасле) и знаменитый ученый Элиас Эш-мол (16 октября 1646 года в Ланкашире). Этот мир показался им оазисом покоя, способствующим размышлениям вдали от бурь и потрясений XVII века, однако, сохраняя интерес к этим обществам, «почетные члены» годами не посещали собрания.

В Англии в XVII веке алгебру и геометрию, а также натурфилософию изучали только в университетах. В школе зубрили латынь, греческий и Священное Писание; в Кембридже и Оксфорде образование было основано на богословии, естественные науки практически не преподавались. Чтобы выпростаться из болота схоластики, молодые профессора и студенты объединялись в тайные общества. Так, Роберт Бойль, Томас Гоббс и Исаак Барроу основали в Оксфорде и Кембридже «Незримую философскую коллегию», чтобы заниматься эзотерикой и натурфилософией. В этот круг допускали только проверенных людей, поскольку англиканская церковь не одобряла подобных занятий и бдительно следила за всякими собраниями в тавернах и общежитиях.

Придя в упадок во время английской революции 1640–1660 годов, «Незримая коллегия» возродилась в 1662-м и создала Лондонское королевское общество по развитию знаний о природе (Royal Society of London for the Improvement of Natural Knowledge) — английскую Академию наук Члены Королевского общества входили в окружение короля — только он один мог избавить от необходимости служить мессу в англиканской церкви (получая степень магистра, бывшие студенты приносили клятву посвятить себя церкви). Многие члены Королевского общества, в том числе его секретарь Ханс Слоун, состояли в «Древнем и Почтенном братстве вольных и принятых каменщиков Англии».