Повседневная жизнь Соединенных Штатов в эпоху процветания и «сухого закона»

Все другие аргументы, используемые против «сухого закона», не имели такой силы. Да, это правда, что избирательные права для женщин были утверждены одновременно с «сухим законом». Значит ли это, что, выступая против второго, могли бы проголосовать и против первого? Риск, не больше, для тех, кому недостает логики и великодушия. Правда и то, что Индия, где не ограничивают потребление спиртных напитков, не знает достаточно заметного экономического процветания. Но чувствительны ли американцы к примеру цивилизации, столь удаленной и настолько отличной? Да, действительно, бывают ситуации, когда приходится выбирать между чувством и долгом. Например, у генерального прокурора штата Индиана было трое детей, все они смертельно больны. Лечащий врач заявил, что спасти их может только виски. Отец, забывая о своем долге защитника закона, нелегально достает виски и дает выпить детям. В том же штате, где врачи, определенно, практикуют весьма оригинальную терапию, жена губернатора штата едва не умерла от пневмонии, и губернатор тоже спас ее, купив нелегально чудодейственное виски. Но подобные трагические примеры действительно ли достаточно убедительны? Да, это правда, что «сухой закон» — прямой удар по наиболее священным принципам прав человека. Представители государственной власти нарушают законность. Один из высокопоставленных представителей судебной власти штата Нью-Йорк заявляет, что он хотел бы судить нарушителей закона Волстеда без суда присяжных. Если мужчина крадет спирт, его нельзя считать виновным. Суд подтверждает, что «спиртные напитки, являющиеся объектами контрабанды, не могут считаться украденными». Умозаключение безукоризненно и абсурдно одновременно. Кроме того, судьи обеспокоены возрастающим числом ложных показаний и клятвопреступлений*.

Этот последний аргумент служит заключением. XVIII поправка и меры по ее выполнению, возможно, противоречат Конституции — хотя Верховный суд придерживается иного мнения. Однако совершенно ясно, что они не дали никаких социальных, экономических и политических результатов, какие ожидались и какие с пафосом обещала Антисалунная лига. Главный аргумент противников «сухого закона», убедивший американцев, — это то, что «сухой закон» невозможно претворить в жизнь, что он рождает многочисленные нарушения Конституции и законодательства, что в результате он заставил страну жить в обстановке беззакония и подполья. Вместо того чтобы очистить общество, «сухой закон» поверг его в глубочайшую коррупцию. Он возвел на трон и позволил царствовать Аль Капоне.

В ЭПОХУ АЛЬ КАПОНЕ

Бандитизм существовал и до «сухого закона» как в Соединенных Штатах, так и в других странах. Он черпал значительную долю доходов из сутенерства и игорного бизнеса. Излишне доказывать, что XVIII поправка заставила преступный мир разрабатывать новые формы и методы, столь же, а может быть, даже более прибыльные. Бесспорно, «сухой закон» придал криминалу новую динамику, новые характерные черты и репутацию, которые отличали его в последние несколько десятилетий. Прежде чем превратиться в героя кинолент, Аль Капоне, по кличке Scarf асе (лицо со шрамом), был в определенной степени королем эпохи. В пантеоне героев американской славы, мифических и реальных, достойных уважения и позорных, он занимает место рядом с Рокфеллером, Дэви Крокетом и Линдбергом. Почему он обладал таким могуществом и такой привлекательностью?

Кто не пил до «сухого закона»

Ответ непростой. Первый очевидный факт: Аль Капоне умел реагировать на требования эпохи, если хотите, на запросы американцев. Он являлся крупнейшим, вне всякого сомнения, поставщиком спиртного в то время, когда спиртные напитки были запрещены законом.

Возьмем, к примеру, Бэббита, добропорядочного американца. Для него подчинение закону — это моральный долг гражданина. На Среднем Западе в том маленьком городке, глубоко протестантском, где он проживал, естественно, царил «сухой закон». Но Бэббит любит приглашать друзей, вот тогда и возникают колебания. Он тайно покупает несколько бутылок спиртного, чтобы удивить и порадовать приглашенных. Вечеринка оживляется, все веселы, возможно, даже слишком. И, естественно, никто из них не выражает протеста против нарушения закона. Один из приглашенных, выпив несколько коктейлей, восклицает: ««Сухой закон» очень хорош для рабочих. Он удерживает их от напрасной траты денег и снижения производительности труда». Редкое лицемерие! И тем не менее сколько людей произносили нечто похожее или собирались произнести? А сколько тех, кто поступал подобно энергичному Бэббиту?

И все же невозможно серьезно оценить потребление спиртного. Не только потому, что делали это подпольно и невозможно было собрать статистику, но также потому, что сведения, опирающиеся на число госпитализаций жертв алкоголизма или протоколов за нарушение закона, часто были ошибочны и противоречивы. Остается выдвигать гипотезы.