Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы (X-XV вв.)

Второй фактор «умеренности» – это устав, тот самый устав, в котором закреплены полномочия аббата и который все равно стоит над ним. Аббат – не источник закона. Он подчиняется уставу, и монах не обязан повиноваться аббату, если тот не соблюдает устав. Устав – это не декларация прав аббата, а декларация прав и обязанностей как аббата, так и монахов. Одного перед другими и наоборот. Огромные (хотя и небеспредельные) права аббата уравновешены столь же огромными обязанностями. Он выдвинут на этот пост, чтобы лучше служить своим подчиненным и помочь им лучше служить Богу. Св. Августин говорит по поводу настоятелей: «Они первые, но не для того, чтобы первенствовать, а для того, чтобы служить». В подобных условиях послушание приобретается только тогда, когда аббат руководит на благо своих подчиненных и ордена в целом в соответствии с уставом, говорят францисканцы и уточняют при этом, повторяя слова Франциска Ассизского: если он не противоречит совести.

Печать

В те отдаленные века, которые тем не менее не были столь уж темными и мрачными, владение печатью означало обладание властью. У аббатов была своя печать, а позднее она появилась и у генерального капитула. Правда, любую печать можно подделать. Так, секретарь св. Бернара из Клерво обманывал его много раз, и тот был вынужден заменить анонимную печать с надписью: «Печать аббата Клерво», которой пользовался до сих пор, на другую: «Печать аббата Бернара». Аббат или приор, освобождаясь от обязанностей, должен был отдать печать капитулу. После смерти аббата его печать бережно сохранял генеральный капитул. Позднее, во избежание злоупотреблений, капитул постановил уничтожать печать покойного во время выборов нового аббата, причем эта процедура осуществлялась в присутствии визитатора.

В аббатстве Эйнсхем монастырская печать бережно хранилась в ларце под тремя замками. Ключи от двух замков ларца доверялись двум весьма энергичным монахам (способным противостоять незаконным требованиям аббата). А третий ключ от самой коробочки, в которой лежала печать, был у аббата (или приора). Что же касается большой печати, «sigillum», то она хранилась под двумя замками: один ключ – у аббата, а второй – у монаха, избранного капитулом.

На символику печати оказывали влияние различные события. Так, после захвата Иерусалима неверными папа повелел отказаться от белого воска. Генеральному аббату Сито, Жану де Понтуаз, который решительно примкнул к папе Бонифацию VIII в его борьбе против Филиппа Красивого и за это был заключен в тюрьму, папа пожаловал две привилегии: первое – ставить свою печать на белом воске, как папа римский, и второе – выгравировать на печати свое изображение в виде сидящего прелата. При этом папа сказал: «Поскольку ты был единственным, кто поддержал меня, то ты будешь единственным, кто имеет право сидеть в моем присутствии».

Служители

Аббатство или приорат, каким бы ни было их значение, – это сложные организации, осуществляющие различные виды деятельности, поэтому они должны быть, в общем-то, самодостаточными. Один английский автор сравнил их с военным кораблем. Несколько необычная ассоциация, но она объясняет наличие множества служителей («офицеров», от французского слова «officier»), назначаемых аббатом или приором.

В Уставе св. Бенедикта мы найдем истоки того, что со временем разовьется в организацию такого типа, как аббатства Клюни или Сито: должности аббата, приора, келаря и наставника новициев. Посмотрим, чем стали они с течением веков.

Приор

Приор (prior), или прево (буквально «исполнитель», «ответственный»), следует непосредственно после аббата. Он – его помощник и заместитель. Он замещает аббата в случае его болезни или отсутствия. Здесь не обходится без трений. Такова жизнь, и св. Бенедикт понимал это. В главе LXV «О монастырском приоре» он очень нерешительно объясняет необходимость этой должности. Слова «серьезный соблазн», «ссоры», «зависть», «противоречия» совершенно естественно выходят из-под пера Учителя, только по обоснованной просьбе всей братии он решился избрать того, кто «по совету богобоязненных братьев» способен занимать это место. Но едва св. Бенедикт уступает в этом вопросе, как напоминает новоизбранному о его долге послушания воле аббата, который вправе сместить приора после трех предупреждений.

Деканы

Единственному приору, потенциальному сопернику аббата, св. Бенедикт предпочитает деканов («decanus» – «десятник»), избираемых из числа монахов, на которых «аббат мог бы с уверенностью положиться». Проявляя заботу о людях, вверенных их попечению, деканы едва ли могли покушаться на права настоятеля.

И все же с течением времени возникла необходимость в приоре. А в некоторых крупных монастырях их имелось даже несколько: главный приор, помощник приора, третий приор и даже четвертый приор. Было чем удовлетворить тщеславие.

Келарь