Повседневная жизнь ЦРУ. Политическая история 1947-2007

Опасения ЦРУ материализуются в мае I960 года, когда У-2 сбивают над Уралом. Летчик Фрэнсис Гари Пауэрс заметил советский истребитель, пытавшийся его перехватить. Он летел слишком низко, чтобы представлять опасность. Но внезапно по самолету Пауэрса был произведен с земли залп ракет. Советы не сообщили подробности, но советский МиГ был также сбит. Даллес заверяет Эйзенхауэра, что у пилота не было никаких шансов на спасение: он погиб в момент попадания ракеты в самолет.

Американцы тогда пытаются выиграть время. Они объявляют, что потеряли следы У-2, который совершал полет над Турцией для метеорологических измерений. Похоже, что из-за короткого замыкания он сбился с курса… Москва позволила американцам пуститься в дипломатические демарши, а затем объявила, что пилот жив и арестован по обвинению в шпионаже. Пауэрс выжил благодаря невероятному стечению обстоятельств. Ракета не попала непосредственно в самолет. Она взорвалась сзади самолета, который стал вращаться. Поэтому Пауэрс смог раскрыть парашют на относительно низкой высоте и приземлиться живым и невредимым… не воспользовавшись таблеткой цианида.

Даллес подает в отставку. Президент ее не принимает, так как он прекрасно знает, что только одно ЦРУ не может отвечать за провал. Белый дом не может себя защитить, сославшись на неведение и отрицая контроль над программой, которая привела к тяжелому дипломатическому кризису. В ходе пресс-конференции президент объясняет, что этот самолет участвовал в наблюдательных полетах, начатых несколько лет назад. Таким образом, Эйзенхауэр признал использование шпионажа в мирное время.

Впервые в истории Соединенных Штатов президент оправдывает это следующим образом: «Никто не желает нового Пёрл-Харбора. Это означает, что мы должны иметь представление о вооруженных силах в мире, особенно тех, которые способны нанести внезапный разрушительный удар. Стена секретности вокруг Советского Союза делает такой демарш абсолютно необходимым. И такая атака не может быть предпринята тайно никем другим, кроме СССР… С момента моего прихода в Белый дом я принял все возможные меры для сбора необходимой информации, чтобы защитить Соединенные Штаты, как и весь свободный мир, от неожиданной атаки, но также и для того, чтобы наша оборона была готова к любым случайностям».

На этот раз Эйзенхауэр решает прекратить полеты над советской территорией. В течение почти четырех лет У-2 тем не менее представляли один из самых важных источников информации о военных возможностях СССР, незадолго до прихода спутников-шпионов им на смену. Во внутренней политике эта информация не приносила пользы президенту. Он был уверен, что обвинения в уязвимости Соединенных Штатов были необоснованны, но он не мог их опровергнуть, не скомпрометировав методы разведки. Напротив, эта информация давала ему уверенность, в которой он нуждался в стратегическом плане. Неоценимый козырь на шахматной доске холодной войны.

ЦРУ также извлекло из этого большую выгоду. Его оценки по советским ракетам и бомбардировщикам были основаны главным образом на информации, собранной У-2. Благодаря этому ЦРУ представляло реальную ситуацию гораздо лучше, чем разведки военно-воздушных сил (ВВС) и армии. Эйзенхауэр ценит объективность ЦРУ, которое уже стало привилегированным партнером ввиду важности тайных операций. В настоящее время с ним считаются, к его советам прислушиваются.

Гордые высоким престижем своей организации, сотрудники ЦРУ становятся более уверенными в себе. Работа в ЦРУ стала цениться. Рост влияния ЦРУ материализуется в 1959 году строительством новой прекрасной штаб-квартиры. До этих пор управление было разбросано в нескольких небольших зданиях в Вашингтоне и его окрестностях. Военно-морские силы предоставляли ему также несколько своих помещений. А теперь офицеры ЦРУ получили свой собственный современный комплекс. Он располагается в лесу Лэнгли, небольшом городке в штате Вирджиния, чье имя будет вскоре ассоциироваться с ЦРУ.

При закладке первого камня Эйзенхауэр, обращаясь к работникам ЦРУ, заявляет, что «во время войны нет ничего более важного, чем сведения о диспозиции и намерениях врага. В мирное время эти данные другого характера: они касаются условий, ресурсов, потребностей и позиций, господствующих в мире. Правильная интерпретация этих данных послужит основой для долгосрочного планирования политики национальной безопасности и защиты наших интересов. От качества вашей работы в большой мере зависит успех наших усилий укрепить положение нации на международной арене… и вы можете гордиться прекрасной репутацией, какую имеет ваша организация».

Глава восьмаяКубинское наваждение