Повседневная жизнь викторианской Англии

Вы будете всегда желанным гостем, если ненавязчиво в разговоре подчеркнете достоинства других людей, хозяев и тех, чье мнение о вас вам небезразлично. Старайтесь побольше спрашивать. Люди предпочитают говорить, а не слушать. И кроме того, это избавит вас от угрозы сказать что-то лишнее. Однако, даже если вы будете соблюдать все эти условия, вы не произведете впечатление светского человека, если у вас не будет прямой осанки (развернутых плеч и высоко поднятой головы). Это абсолютно необходимое условие. Ведь многие люди, возможно, спросят о вас, но не подойдут. Тогда у них останется в памяти то, как вы держались, как слушали окружавших, как сами говорили, хотя они не будут знать о чем.Слушая собеседника, не следует все время смотреть ему в глаза (если только вы не мужчина и не хотите завоевать леди). Это хорошо в общении с близкими людьми, которые вам дороги, но не на светских раутах. Стойте вполоборота, в красивой позе и, оглядывая зал, лишь время от времени поворачивайтесь к своему собеседнику или собеседнице, слегка кивая в знак того, что вы слушаете. Если же заговорите сами, то медленностью речи заполните условный отрезок времени, отведенный для вашей реплики. Тем самым вы избежите глупостей и не скажете лишнего. Если же это все же произошло, то уверенными интонациями и значительностью поведения исправьте оплошность. Помните, главное не то, что вы говорите, а как вы говорите (ведь чаще всего люди на раутах слушают вполуха, а то и не слушают вовсе), не то, что вы делаете, а как вы это делаете! Выбирая тему для разговора, старайтесь, чтобы она была интересной для всех и не слишком серьезной. Так делала Элиза Дулитл в «Пигмалионе» Бернарда Шоу: «Какая замечательная погода! Не правда ли?» Хорошо иметь несколько смешных, подходящих для всех случаев жизни историй. Однако конечно же они должны быть короткими, иначе все забудут, о чем идет речь. И еще одно главное правило: никогда не используйте раут для изливания души! У Оскара Уайльда говорилось: «Нет ничего скучнее искренности!»

Правила поведения за столом содержали семь запрещений и только одно разрешение. Вот некоторые из них:

Пережевывайте пищу двадцать раз.

Не ешьте быстро (иначе это будет расценено как жадность или, что еще хуже, – как голод).

Не ешьте много.

Не занимайте много места (имеется в виду в разговоре за столом).

Ни в коем случае не старайтесь привлечь к себе внимание!

Общественное мнение было мерилом поведения, таковым осталось оно и сейчас. Последний пункт в правилах наглядно показывает, как отличается викторианское представление о поведении в обществе от современного.

Глава четырнадцатая

ОСНОВНЫЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ XIX ВЕКА, ИЗМЕНИВШИЕ НАШУ ЖИЗНЬ

Великая выставка

В 1851 году принц Альберт добился от королевы разрешения на организацию выставки величайших мировых достижений. Конкурсные архитектурные планы выставочного павильона стали поступать в Королевскую академию художеств. Один из них принадлежал Джозефу Пакстону, садовнику герцога Девонширского, оранжерея которого очень нравилась принцу Альберту. Его проект огромного здания из стекла был утвержден, хотя и вызвал очень много споров. Пугали, что такие стены могут быть разбиты градом и ветром; предсказывали, что если галереи упадут, то будут жертвы среди посетителей. Предполагали, что все стекло покроется птичьим пометом. Правда, для защиты от этой угрозы решено было отловить ястребов, которые бы уничтожали воробьев и голубей.

В результате великолепное здание, само являвшееся примером современных технологий и строительных методов, вознеслось прозрачным куполом над Гайд-пар- ком. Оно было так красиво и воздушно, так необыкновенно и впечатляюще, что его стали называть Хрустальным дворцом. В главном павильоне под стеклянной тридцатиметровой крышей росли в кадках огромные пальмы, с которых свисали настоящие бананы. Сквозь стены толпы зевак, завидовавшие посетителям, могли видеть демонстрируемых механических монстров, бьющие прямо посреди павильонов фонтаны, чудесную модную мебель, расположенную среди заморских растений. Популярность выставки была неслыханная. За двадцать недель ее посетило шесть миллионов человек, и это при том, что население Лондона в то время насчитывало всего три миллиона. Счастливчики, видевшие Великую выставку, как она называлась, хвастались, что в Хрустальном дворце можно было познакомиться со всем, чем славилось производство того времени – от перочинного ножа с 80 лезвиями и швейной машинки новейшей конструкции до последней модели паровоза и артиллерийского орудия.