Повседневная жизнь викторианской Англии

Дизраэли довольно часто обращался за советами к своей наставнице и часто был приглашаем в ее коттедж в Ричмонде. «Это самый симпатичный, маленький домик на свете, скорее павильон, чем вилла, весь увитый зелеными растениями, внутри – везде белый ситец и зеркала. Земля вокруг него очень богатая, ее много, и протекает Темза. Ужин был превосходный, но без серебряных блюд. Фарфор прекрасен, как и сама зала с букетами для каждого гостя и пятью большими пирамидами с розами вдоль стола».

Переписка между Фрэнсис и Дизраэли продолжалась и после смерти ее мужа, когда она, как и другие матери, проявляла сильное беспокойство о своих сыновьях, ушедших на Крымскую войну.

Полная энергии, но не имевшая возможности помочь войскам, она занялась собственным поместьем. Когда Д израэли посетил Фрэнсис, он написал: «Это потрясающее место с потрясающей хозяйкой! Там в огромном парке с оленями у нее находится дворец. Там же в лесу дорожки для верховой езды и все возможности для прекрасной охоты. Однако она предпочитает жить на берегу океана, окруженная ее многочисленными колли, не перестающим работать телеграфом, ее железными дорогами, несколькими пароходами и четырьмя тысячами мужчин на ее фабрике под ее контролем. Однажды, приехав туда, она обедала со всеми 4000 рабочих. У нее даже есть собственный порт с каменным зданием конторы на берегу, где реет ее флаг». Как генерал – командующий армией, Фрэнсис Энн раздавала приказы. Она обожала общество мужчин, и они отвечали ей взаимностью. Леди Лондондерри была наделена тремя необходимыми качествами: родословной, богатством и необычайной энергией.

Английским обществом управляли такие влиятельные леди, как она. Однако не у всех викторианских леди была такая насыщенная жизнь. Те, у кого не хватало денег, страдали от постоянной нужды, а те, у кого они были, – от постоянной скуки.

Женский вопрос

Неравное отношение к мужчинам и женщинам наблюдалось практически во всех странах. В Европе при переписи населения не учитывались лица женского пола, а в России, например, дополнительные наделы земли выделялись только при рождении сыновей. При появлении на свет девочек, независимо от количества ртов в семье, границы земельного участка оставались теми же. При выборах в парламент или Государственную думу учитывались только мужские голоса. На заседаниях дамам разрешалось присутствие в виде исключения и лишь в качестве зрителей. Причем обсуждения практически приравнивались к священнодействиям в мечетях, поскольку и там и там представительницы слабого пола сидели на балконе, невидимые для присутствовавших мужчин. Женская прислуга, на чьи плечи ложилась основная тяжесть работы по дому, останавливаясь на минуту, чтобы передохнуть и вытереть пот со лба, часто наблюдала праздных мужчин: то спящих на соломе конюхов, то игравших друг с другом на деньги лакеев, то вечно перекуривавших истопников. При этом жалованье служанок было ниже, чем слуг. Работницы у станка за ту же работу, которую выполняли мужчины, получали в три раза меньше денег. Именно женщины на спичечных фабриках были первыми, кто начал отстаивать свои права на производстве, борясь против очень низкой заработной платы и чудовищных условий труда. Дочери обедневших аристократов, чтобы прокормить себя и близких, порой нанимались на работу гувернантками в богатые дома. Разбогатевшие предприниматели, не получив достойного воспитания сами, охотно брали на работу бедных аристократок, чтобы те учили манерам их детей. Это был нелегкий хлеб. Как мы уже говорили выше, прислуга ненавидела гувернанток Хозяева, подчас сами не умевшие держать себя в обществе, также искали случая, чтобы унизить рафинированных барышень, подозревая, что те смотрят на них свысока и подмечают все их промахи. Ситуации, подобные описанной в любимой книге XIX века «Джен Эйр», когда бедная гувернантка была оценена по заслугам, а богатый наниматель разглядел под скромным нарядом ее золотое сердце и женился на ней, случались очень редко.

Женщины хотели, чтобы их допустили в сферы профессиональной жизни, такие как наука, юриспруденция, литература и так далее, ведь, чтобы напечатать свои книги, они были вынуждены брать мужские псевдонимы. На конец XIX века приходится основание феминистского движения и начало борьбы женщин за свои права. В это время часто можно было увидеть на улицах крупных городов демонстрации из решительно шагавших дам, несших крупные плакаты «Равноправие!», «Места в парламенте – для женщин!», «Выборы – для женщин!», где между шляпками разных цветов и фасонов проглядывали первые стриженые женские головки.