Повседневная жизнь викторианской Англии

Ричардсон яростно протестовал против циничных замечаний, отстаивая невинность своей героини. Однако нельзя утверждать,что некоторые служанки и в XIX веке не воспользовались уроками удачливой Памеллы, ведь довольно многие известнейшие фамилии имели в своей родословной скандальные браки со слугами. Уже упоминаемый ранее Макдональд оставил для потомков автобиографичные записки, где он в основном опровергает слухи о всевозможных связях с важными особами, которые приписывались ему на каждом шагу. Однако по этим запискам видно, что молодому красивому лакею, так же как и привлекательной горничной, приходилось балансировать все время, чтобы не уступить домогательствам и не потерять места службы. Леди Энн Гамильтон, у которой он служил в качестве лакея, очень ревностно относилась ко всем, кто проявлял к Макдональду интерес. Домоправительница, которая питала к нему нежные чувства, немедленно была уволена со службы и заменена более пожилой женщиной. Когда в доме леди Энн остановилась гостья – вдова из хорошей семьи, достаточно было узнать, что Макдональд по ее просьбе три раза находился в ее комнате, помогая ей брить голову, так как она носила парик, чтобы дружеские отношения были разрушены навсегда и гостья отослана домой. Из туманного рассказа трудно понять, сколько еще представительниц слабого пола отвадила от своего дома ревнивая хозяйка, известно только, что в их числе были и гувернантка, и горничная, и даже крестная дочь леди Энн. Ее муж Джон Гамильтон последним догадался о предмете желаний своей супруги. Даже тот факт, когда, во врямя остановки экипажа посреди лужи, она не желала, чтобвг ктои нибудь переносил ее, кроме Макдональда, не заставил его подозревать этого молодого слугу. Однако и он вскоре все понял и отказал Макдональду от службы.

Домоправительница

К домоправительнице всегда обращались «миссис», независимо от того, замужем она была или нет. Ее главным достоинством считалась надежность и умение решать все вопросы по управлению домом в том случае, если леди не хотела затруднять себя бытом. Если же хозяйка предпочитала сама контролировать всю работу, домоправительница должна была четко выполнять все ее указания и следить, чтобы все слуги делали то же. Леди каждое утро, встречаясь с домоправительницей, расписывала меню на текущий день, сообщала о приемах, устраиваемых в доме, давала указания подготовить комнаты гостей, если они ожидались, залы к балу, нанять музыкантов, настроить рояль, закупить что нужно в дом и к столу, разместить свечи, украсить аллеи. Вымыть ли окна и постирать ли занавески, где натереть полы и когда подавать чай для гостей – все эти важные вопросы домоправительница, получив указания, решала одна или вместе с дворецким. Она была грозой для женской прислуги, которую сама же нанимала и рассчитывала. Ее боялись все, кроме няни и горничной леди, которые могли быть уволены только хозяином или хозяйкой. Даже кухарка, которая тоже относилась к верхним слугам и не позволяла никому командовать на своей территории, также подчинялась домоправительнице и старалась ей угодить. «В комнате миссис Бонтон кухарка изменилась до неузнаваемости. Ее сжатые губы расплылись в услужливой улыбке, и голос приобрел приятные оттенки.

– Вот, с фермы пришла, – указала она на Нэнси, – вместо Бетси. Рекомендации в порядке.

Сидевшая в этот момент за столом миссис Бонтон подняла глаза от счетов. У нее было строгое, серьезное лицо, сверлящие насквозь глаза и, также как и у кухарки, поджатые губы.

– Оставьте нас, – сказала она тихо кухарке, и та немедленно затворила за собой дверь.

Расспросив Нэнси про ее семью, ферму и ее обязанности там, миссис Бонтон осталась неудовлетворенной ответами.

– Это твое первое место, где ты нанимаешься на работу?

– Да, мэм.

– Сколько тебе лет?

– Семнадцать, мэм.

– Есть ли у тебя дружок?

Нэнси покраснела от подобного вопроса.

– Нет, мэм.

Это, похоже, был первый ответ, который понравился миссис Бонтон.

Она кивнула головой, от чего рюши на ее чепчике вспорхнули вверх, а потом плавно опустились, как крылья у бабочки.

– Не знаю, понимаешь ли ты, что это за дом и какой чести ты удостаиваешься, работая здесь?

– Да, мэм.

Посмотрев с сомнением на деревенскую девушку, миссис Бонтон вздохнула и добавила:

– Дам тебе неделю показать себя, а там посмотрим. Будешь стараться – останешься. Станешь лениться или хвостом с лакеями вертеть – тут же выгоню! Держи себя и кухню в чистоте, будь скромна и трудолюбива, послушна и благодарна, тогда, может, приживешься здесь. Хозяин у нас щедрый, прислуга хорошо получает. Если оставлю тебя, то в год будешь иметь сначала тринадцать фунтов, да еще форма, питание и небольшие подарки к праздникам. У тебя также будет полвыходного дня по субботам и раз в три месяца будешь отпускаться домой на целый день.

Нэнси знала, что это хорошие условия. Ее подружка за такую же работу получала только двенадцать фунтов в год.