Позиция сверху: быть мужчиной

О внутренние стенки моей головы билось – вместо того чтобы представить, какой путь мне пришлось пройти и пораскинуть мозгами, как же так я вдруг стал тренером по соблазнению, и почему моя индивидуалка стоит несколько тысяч долларов… Она же не знает всего, что мне пришлось пережить, как я к этому шел, что вообще мне приходилось видеть в жизни, что я мужчина, умеющий делать практически все, с руками откуда надо. Что я ответственный, решительный, сильный, мужественный, предприимчивый. Что я сумел победить самого себя и вырваться из бедности и побороть социофобию, что я психологически себя полностью перестроил, что я купил моей маме шубу, папе мотороллер, постоянно помогаю им и уже несколько раз, за свой счет, естественно, возил их отдыхать в разные страны. Она не знает, какой я заботливый. Что меня узнают люди на улицах и просят сфотографироваться. Что мне ежедневно в соцсетях пишут пару десятков писем благодарности, что ко мне клиенты прилетают из Европы, а также из Якутска и Благовещенска, она не знает, как бы я о ней заботился и оберегал ее. Она ничего этого не знает и знать не хочет!!! А главное, она не понимает, что каждый пикапер – пикапер до тех пор, пока не встретит ее… Что теперь я в состоянии выбирать женщин, причем не членом, а душой.

Это ощущение было сравнимо, пожалуй, с тем, что (честно, уже больше 20 минут не могу подобрать полноценно передающий эмоцию пример)… В общем, это для меня было очень больно.

Я в глубине души еще надеялся, что мои сообщения заставят ее одуматься, но все напрасно, видимо, она оказалась слишком неумна и не готова для того, чтобы понять меня. Причем девушка-то совершенно обычная, что меня так зацепило? Сам не пойму.

Я поднимаюсь на третий этаж, чтобы успеть поесть, хотя еда просто не лезла в горло. Конечно, это какой-то мой детский психологический таракан, связанный с неприятием меня моими родителями или кем-то еще. Сижу, ем. Через несколько столиков от меня сидят мама с дочкой, дочке лет двадцать. Симпатичная, но не в моем вкусе, кудрявая такая, как барашек. Почему-то мой взгляд задержался именно на них. После перекуса я встаю из-за стола и спускаюсь на цокольный этаж в супермаркет, чтобы купить конфетки. Долго выбираю, потому что надо не жалеть денег и купить именно такие, которые ты сам бы с удовольствием съел. Поднимаюсь и начинаю раздавать. Честно говоря, девушек, которых хочется угостить, очень мало, да и чувство обиды и отверженности все еще бурлит. Через несколько минут встречаю эту девушку с мамой внизу у салона красоты. Мама сидит в кресле, а дочь стоит рядом, что-то ей помогает выбрать. Я думаю: «Дай-ка я ей дам конфетку, такие милые кудряшки». Захожу за ней внутрь, объясняю, что сейчас ее верну и вывожу наружу за руку. Она в шоке, мама в шоке (маму я предварительно успокоил).

– Привет! – говорю я.

– Привет! Что случилось?

– Да вот ты такая милая, просто хочу тебя конфеткой угостить. Выбирай, какую хочешь.

– Ух ты! Спасибо! Так приятно.

Я начинаю с ней о чем-то болтать, спрашиваю, почему они только с мамой? Они, наверное, папу оставили в машине. В общем, что-то спросил про папу. И в этот момент ее огромные глаза наполнились слезами и немного задрожали губы. На мой вопрос: «Что случилось?» она ничего не ответила, а просто начала плакать. Я прижимаю ее к себе, обнимаю и пытаюсь успокоить, она плачет еще сильнее, прямо посреди торгового центра. Выясняется, что папа их бросил совсем недавно. «Слава богу, что все живы и здоровы», – подумал я. Мне стало так ее жалко, мне так захотелось о ней позаботиться и ее поддержать, я начал отдавать ей еще конфеты, набивал ими ее карманы. Выяснилось, что она живет в общаге, здесь неподалеку. Мы болтали уже минут 15. Мне надо идти.

– Давай, я все-таки пойду, – сказал я и еще раз обнял ее на прощание и поцеловал в щечку.

– Как? Ты вот так вот просто уйдешь?

– Мне нужно на работу.

– И мы никогда больше не увидимся?

Я понимаю, что не должен брать ее телефон, + она не совсем в моем вкусе, хотя и безумно милая.

– Ладно, давай я запишу твой номер и через три часа заеду за тобой, покормлю тебя чем-нибудь вкусненьким.

Мне очень захотелось хоть как-то ей помочь и сделать для нее что-то.

– Хотя, ты знаешь, я пикапер! Я тренер по соблазнению! У меня работа такая. Тебя это не смущает?

И я начинаю рассказывать ей в подробностях всю недавно произошедшую ситуацию, что мне понравилась девушка, а она меня не приняла. Как мне было больно и обидно. Все в мелочах и подробностях. Мне так захотелось выговориться. Я сам стоял и чуть не плакал от обиды.

– Это же очень здорово. У тебя очень интересная деятельность. Ты молодец. Кто-то же должен учить мужчин этому, а то они совсем странные попадаются, – сказала она.

Мне стало так приятно, и мое желание сводить ее в ресторан еще больше усилилось. Женщина, которая меня приняла в моменте, как раз тогда, когда мне это было очень нужно.

Я записал телефон, мы попрощались, я вернул ее маме, как и обещал (всегда так делайте), и ушел на встречу с клиентом.