<p>Позор рода, или Выжить в академии ненависти</p>

<p>Пролог</p>

— Что ты чувствуешь? — хриплый голос Майрока вползает в уши ядовитой змеёй.

От его близости кружится голова.

К моему ужасу, он слегка ослабляет хватку и начинает пальцами гладить кожу со внутренней стороны запястья. Движения осторожные и настолько нежные, что дыхание перехватывает, а мурашки стайками ползут по руке.

— Я… я… — собираюсь с духом и холодно договариваю: — Ничего. Немного тепло из-за твоей руки, и всё.

Я лгу, потому что примерно такие ощущения у меня всегда, когда Флейм касается меня. Даже если он делает это грубо. Дурной знак, но я всё ещё пытаюсь отрицать очевидное. Просто не хочу верить.

— Значит, ничего не чувствуешь? — лицо Майрока становится задумчивым, но он по-прежнему пальцами гладит мою кожу.

Я осторожно тяну руку на себя, пытаясь высвободится. Меня топит в незнакомых и будоражащих ощущениях. И больше всего бесит, что это из-за него! Эти чувства и ощущения должны принадлежать кому-то другому. Но не Флейму! Между нами такого не должно быть. Он убийца! Ненавижу!

— Ах, — выдыхаю я, когда Майрок внезапно поднимаю мою руку и прикасается губами там, где секунду назад были его пальцы.

Я замираю, хватая ртом воздух. Дыхание срывается вместе с сердцем.

Ещё мгновение и его губы касаются того самого маленького шрама, который он заметил чуть раньше. Я чувствую горячее прикосновение его языка, и у меня будто срывает крышу. Все ощущения обостряются.

И это становится последней каплей.

— Пошёл ты, — я резко вырываю руку, бросаю книгу на стол и пячусь к лестнице.

Майрок не останавливает меня, просто молча наблюдает, как я трусливо ретируюсь, пытаясь сбежать от проблем.

— Я чувствую тоже самое, — негромко говорит он, и по губам Флейма ползёт недобрая ухмылка.

— Ты не знаешь, что я чувствую! Ненавижу тебя и хочу, чтобы ты сдох, — злые слова вырывается из моего рта сами собой, я не контролирую себя.

Смерив Флейма полным ярости взглядом, бросаюсь по лестнице прочь. Сердце стучит как ненормальное, адреналин несётся по венам. Хочется заплакать, зарыдать, завыть в голос. Мир схлопывается до одной единственной мысли.

Мы истинные!

Я и убийца моего отца. Мы связаны так сильно, что крыша едет. Я ненавижу его, а ещё больше себя. Как мне перебороть эту слабость? Ведь минуту назад, когда губы Майрока были на моей коже, я мечтала лишь об одном — чтобы он не останавливался. Никогда.

<p>Глава 1. Ущербная</p>

За пару недель до событий в прологе

Дракон, сотканный из языков пламени, изгибается, раскрывая шире крылья-паруса, и его взгляд останавливается на мне. Я смотрю в ответ, заворожённая этим неистовым танцем огня и магии.

— Быстрее, несносная девчонка. Не заставляй мистера Даркфолла ждать, — мачеха дёргает меня за рукав, и я едва не спотыкаюсь.

Отвожу взгляд от потолка с движущимся фантомом-драконом, делая судорожный вздох.

Я впервые в Дракенхейме — крепости-обиталище богов — но причина отнюдь не радостная. Недавно мне исполнилось двадцать. Теперь я совершеннолетняя по меркам дракорианцев — потомков Великих Драконов. Поскольку моего отца больше нет, а с меня толку не вышло, как любит говорить дядя, мою магию, а вместе с ней и невинность, продадут жирному борову Даркфоллу. Точнее, скорее всего уже продали.

— Ничего не случится, если старый козёл немного подождёт, — холодно отвечаю я, не спеша следуя за мачехой по огромному холлу крепости.

— Я думала, в пансионе тебя научили уважать старших, — шипит она сквозь зубы. — Не забывай, тебя могли сослать в работный дом и лишить покровительства Рода. Ты бы стала Безымянной. Но твой дядя сжалился над тобой. Ты останешься с нами служанкой после того, как лишишься магии.

— Как скажешь, мачеха, — без единой эмоции произношу я.

Лицо Сины едва не зеленеет от злости.

Я по-прежнему зову эту женщину мачехой, хотя после смерти отца она быстро выскочила замуж за его младшего брата — моего дядю. И Сину бесит, что я напоминаю ей об этом.

— Могла бы хоть один день не выкаблучиваться, а немного послужить нашему роду… тебе всё равно запрещено пользоваться магией до конца жизни, а Даркфолл богат, он может поправить наше финансовое положение…

— Послужить «нашему» роду? Не нашему, Сина. Ты не из наших, — отбиваю я.

Я родилась под сенью Дома Драконов Тени, мачеха же из Ледяных. Да, жена входит в род мужа, но её магия всё равно будет нам чуждой.

— Оскар, она снова не может удержать свой язык на привязи, — Сина начинает жаловаться сразу же, как только видит моего дядю, стоящего рядом с боровом Даркфоллом.

Они только вышли из кабинета регистрации.

Скоро вся моя магия перейдёт покупателю официально по всем правилам мира дракорианцев. Потому что после смерти отца дядя и мачеха очень постарались, чтобы признать меня «ущербной». То есть опасной и неспособной контролировать магию. Её запечатали в мои неполные четырнадцать. С тех пор все просто ждали, пока я стану совершеннолетней, чтобы повыгоднее продать.

— Дерзкая, значит? Мне нравится, — Даркфолл прищёлкивает языком, похотливо глядя на меня.