Правда о православных "святых"

Канонизация Сергия Радонежского состоялась 30 лет спустя после его кончины. Однако, как указывают церковные историки, местное почитание Сергия верующими началось еще до официальной канонизации, вскоре после его смерти. Любопытно, что и житие его начало составляться до канонизации. Эти, а также некоторые другие факты приводят некоторых исследователей к мысли, что "канонизация Сергия великокняжеским двором и митрополитом была решена еще при его жизни"^{101}.

Официально причисление Сергия Радонежского к лику святых состоялось в 1422 г. В этом году состоялось обретение "нетленных мощей" святого. И, конечно, жизнеописатели Сергия не могли обойтись без дежурного чуда. Церковные авторы рассказывают, что после смерти Сергия к его гробу часто приходил молиться некий благочестивый человек. Однажды этому человеку во сне явился его усопший покровитель и приказал: "возвести игумену обители сея, векую мя остависте толико время во гробе землею покровенне, воде утесняющи тело мое"^{102}.

С легкой руки монахов слухи о чудесном видении поползли во все стороны. В короткий срок было подготовлено торжественное открытие "нетленных останков" преподобного Сергия. В присутствии представителей высшей знати, священных лиц гробницу вскрыли и...

"И тако священный собор, открывше чудотворый гроб, вкупе благоухания и аромат духовных исполнишася и видеща чудное зрение и умиления достойно, яко не токмо честное святого тело и светло соблюдеся, но и одежда его. в ней же погребен бысть, цела бяша рсяко, и тлению никакоже сопричастна, и вода от обою страну ковчега (гроба) стояше видима, телеса же святого и риз его никакоже прикасаема"^{103}.

Итак, церковь стала утверждать, что мощи Сергия оказались нетленными. А это в ту пору являлось самым убедительным для верующих доказательством святости усопшего.

В течение почти пятисот лет церковники убеждали верующих, что в раке, установленной в Троице-Сергиевой лавре, покоятся нетленные мощи св. Сергия Радонежского. Со всех концов земли русской шли сюда паломники, чтобы приложиться к святыне, помолиться "небесному заступнику", шли, слепо веря своим духовным пастырям.

На протяжении многолетней истории культа св. Сергия его имя, а также основанная им Тройце-Сергиева лавра несли верную службу русскому самодержавию. Как отмечает М. Горев, "в пантеоне русских богов московским царям необходимо было избрать для себя особого бога - покровителя; этот бог должен был удовлетворять следующим требованиям: во-первых, он должен был быть богом национальным, русским, во-вторых, по своему происхождению он должен был принадлежать отнюдь не к "низким" классам, а к близкому великокняжеской власти, по крайней мере боярскому сословию, и в третьих, наконец, при своей жизни он должен был быть усердным сподвижником великокняжеской власти в ее политике и, если угодно, даже в ее завоевательных планах. Таким богом покровителем коронованных русских самодержцев, естественно, был провозглашен именно Сергий как святой, вполне удовлетворяющий всем изложенным требованиям"^{104}.

Вот почему культ Сергия Радонежского всячески укрепляли не только православная церковь, но и правители земли русской, которые специально посещали Троицкий монастырь, чтобы поклониться мощам Сергия. К раке с мощами Сергия не раз приезжали Иван Грозный, царь Алексей Михайлович, царицы Анна Иоанновна, Елизавета Петровна. Церковная литература распространяла легенды о том, что покровительство Сергия играло большую роль в избавлении России от различных напастей, помогало выстоять в тяжелые годы испытаний во время нашествий иноземцев, одерживать победы над врагами.

Такие представления служители церкви настойчиво внушали и внушают своим пасомым. "Стоит вспомнить,- пишет современный церковный автор,- постоянную заботу преподобного Сергия об умиротворении междоусобиц среди русских князей, его благословение войску Дмитрия Донского на борьбу с захватчиками - татарами, раздиравшими тело русского государства, и его молитвенное участие в победе над врагами; стоит представить себе страшную картину осады Троице-Сергиевой лавры полчищами интервентов и беспримерно мужественную защиту обители иноками, и в нашем сознании всю жизнь будет стоять овеянная ореолом славы священная твердыня православия - лавра преподобного Сергия, которую вполне можно назвать мистическим символом непобедимости России"^{105}.

Однако подобные утверждения ни на чем не основаны. Церковники твердят об "особой роли" Сергия Радонежского в умиротворении междоусобиц среди русских князей. Но эта роль заключалась прежде всего в деятельности Сергия, направленной на усиление власти московских князей.

Сергий Радонежский принимал активное участие в борьбе за митрополичье место, надеясь стать преемником митрополита Алексея. Он был вовсе не таким смиренным "рабом божьим", стремившимся уйти "от мира", каким рисуют его церковные авторы. Однако добиться митрополичьего места, несмотря на все усилия, ему так и не удалось^{106}.