Правда о православных "святых"

Таких фактов, свидетельствующих о далеко не благоговейном отношении масс к тем, кто впоследствии вошел в пантеон святых, можно привести немало. Это, конечно, не было случайностью. Как справедливо отмечал И. И. Скворцов-Степанов, "крестьянам нисколько не улыбалось, что их боярами сделаются "праведники", спасенные души или кандидаты в "праведники""^{128}. Потому-то и выступало крестьянство против будущих святых православной церкви, видя в них эксплуататоров, ничем не отличавшихся от угнетателей в боярских одеждах. Потому-то и потребовали крестьяне уйти из их краев основателя монастыря на одном из притоков Сухоны в XIV в. Дмитрия Прилуцкого. Потому и утопили они в реке Агапита Тотемского, вели долгую борьбу с основавшим в XVI столетии Нилову пустынь Нилом Столбенским.

В житиях святых можно обнаружить факты, повествующие о том, как те же святые при жизни не пользовались поддержкой даже у собратьев. В житии Корнилия Комельского рассказывается, например, о том, что он возбудил против себя в монастыре такую "вражду", что собратья даже пытались его убить. В конце концов будущий святой вынужден был покинуть им Ya'i основанный монастырь. Видно, крепко насолил он монастырской братии!

Никак не мог поладить с собратьями и святой Никандр Псковский. И он должен был уйти из монастыря в другую обитель. Но и там не ужился. "Игумен же и братия Крыпецкого монастыря... обратишася к нему и повелеша ему изыти из места того"^{129}

.

Среди православных святых мы встречаем имя Иосифа Волоцкого, основателя одного из известных в России Волоколамского монастыря. Иосиф Волоцкий (в миру Иван Санин, ок. 1439-1515) был крупным церковным деятелем, игравшим видную роль в общественно- политической жизни России того времени. В своих писаниях он обосновывал необходимость сильной централизованной власти. Заявляя, что самодержавная власть имеет божественное происхождение, он вместе с тем выдвигал теократические идеи. Как отмечает советский исследователь А. Зимин, мысль о божественном происхождении царской власти нужна была Иосифу Санину, чтобы побудить великого князя к активной поддержке борьбы против "еретиков" и других врагов церкви. "Первая забота царя, по его воззрению, - это защита православия"^{130}.

Православная церковь не могла не оценить заслуг игумена Волоколамского монастыря в борьбе с еретинами, прежде всего с "новгородско-московской ересью" - крупнейшим антифеодальным и антицерковным движением, возникшим в середине XV столетия. Иосиф Волоцкий был сторонником самого непримиримого отношения: к еретикам. Тюрьмы, пытки, казни, по его словам, были самым верным и действенным средством для тех, кто выступал против святыни православия. Жестокость к инакомыслящим, по мнению Иосифа Волоцкого, необходима для укрепления православной церкви.

Вместе с тем Иосиф Волоцкий выступал в защиту незыблемости православного вероучения. Он поучал верующих, что только слепым следованием христианским идеалам можно добиться личного спасения, избежать адских мучений за гробом. Он не допускал никаких компромиссов, требуя твердой веры, непреклонного следования предписаниям церкви. В писаниях Иосифа Волоцкого проповедуется аскетизм, презрение к земной жизни во имя вечного блаженства на небесах. Обращаясь к верующим, он поучал: "Помни, что ты человек смертный, живешь в жизни печальной, погубившей много добрых и злых, умных и неумных, богатых и бедных. Помни, что ты человек слабый, не могший вынесть труда ни одного дня, ни бдения нощного..." Он проповедовал: "Забудем о прелестях мира. Мы тем самым облегчим себя. Простимся с миром и его льготами. Простимся с заботами и суетами земли и скроемся от них... Предадим тело свое на скорби и лишения: оно стоит того...^{131}

"

В то же время Иосиф Волоцкий требовал от верующих полного подчинения власти, непротивления злу, "смиренного несения своего креста". "Преимущим имей повиновение,- писал он,- за все благодари, в скорбях терпи, ко всем имей смирение... Ускоряемый не ускоряй, биемый не бий, обидимый не обиди"^{132}.

Православию нужен был такой святой, устами которого можно было бы внушать верующим покорность и смирение.