Читаем Правдивые экосказки полностью

Заметает след,


Мышка-крохотушка

Роет ход в сугроб -

Ей зима-подружка

Охраняет сноп.


Вьюга прекратилась,

Замер воздух чист -

Поле превратилось

В яркий белый лист,


Лишь торчат былинки

Жёлтого овса,

Будто паутинки.

Пробежит лиса


В зимней шубке новой

Мельком вдалеке;

Пролетит суровый

Ястреб налегке…


Хорошо в окошко

Наблюдать зимой,

Только за окошком

Нелегко порой.



***


Волшебный лес,

Одетый в белый бархат,

Красуясь, улыбается зиме…

И вдруг — исчез…

Как сладкий липкий сахар,

Он растворился, будто бы во сне.


Сливаясь с небом и землёю

В одну белеющую даль,

Волшебный лес пропал,

Оставив за собою

Лишь чёрных веток тень

И росчерков печаль…



Краски зимы


Белоснежные барханы

Да деревья великаны,

Наклонившись над дорогой,

Провожают в путь с тревогой.


Из окна пейзаж обычный -

Для зимы весьма привычный:

Поле, степь, болота дно -

Всё давно белым-бело.


Только белый очень разный:

Где-то жёлтый, где-то грязный,

Где-то синевой блестит,

Серебрит и золотит…


Путь домой не так далёк,

Только взгляду одинок.

Но в один прекрасный час

Вдруг увидел чудо глаз -


Солнце в облаке застряло:

Под прозрачным покрывалом

Алым заревом зажглось -

Акварелью растеклось.


А над ним в лазури светлой,

Будто птицы в предрассветной

Суете над морем кружат,

Белый дым небесный вьюжит…


Неожиданно зимой,

Удивительной порой,

Словно из волшебных сказок,

Видеть столько ярких красок!



Февральская капель


Капли, словно лампочки гирлянды,

Или шарики стеклянные в одежде

Из дождя зимой собрались в банды,

Разбивая февраля надежды.


Снова сумрачно и днём и ночью.

Затуманенный простор над речкой

Свежей сыростью промочет сочно

Зимний воздух, как весной беспечной.


Шапки снежные покрылись коркой:

Не желают уходить и таять!

Тихим звоном отзываясь кротко,

Им капель свою лишь песню дарит.



Песня о весне


Цветёт фиалка на окне…

Весенний день дождлив, не ярок,

И взгляду как бы не подарок,

И теплоту не дарит мне.


А птицы в роще всё поют,

Лаская слух, хоть день не ясен,

И труд их вовсе не напрасен:

Они свою весну зовут.


Нарциссы дождиком напились,

Качают жёлтой головой,

Любуясь сочною травой,

Ей говоря: "Мы распустились!"


Трудолюбивый муравей

Из-под земли на свет вернулся,

Дождём умылся и проснулся -

Работы много, мало дней…


Теперь не страшен дождик мне:

Весенний, тёплый, жизнь дарящий, -

Пусть и фиалка звон бодрящий

Услышит песней о весне.



***


Играют тени на рассвете,

Вплетая солнечный туман

В ночной росы косые плети

И сея ласковый обман:


Мелькают призрачные ножки

Ажурной осени листвы,

Как будто по лесной дорожке

Уходит лето от зимы.


Ещё немного и пробьëтся

Сквозь тени тёплый солнца луч,

И лето, может быть, вернётся,

Хоть ненадолго, на чуть-чуть…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное