Преистория Славяно - Русов

Однажды пошел он было походом на Греков, но те выслали вперед почетных людей и приняли его в своей земле как князя. Всякий раз они платили и давали богатые подарки. Тем не менее, откупившись, они снова принимались за старое, грабили Русов, захватывали их в рабство. Поэтому Кий несколько раз победоносно ходил в их землю. Греки платили и снова нападали. Следя за ними, Кий должен был смотреть и за своими подданными, так как они, не видя врага, переставали зорко смотреть на границах. Кроме того, они легко забывали зло. Это, конечно, указывало на их доброту, но излишне доверчивые народы становятся жертвой коварных хищников.

От неусыпного наблюдения границ зависела безопасность государства, между тем, многие родоначальники тому перечили, забирая юных воинов для полевых работ, рыбной ловли, рубки леса или постройки сараев. Таких родоначальников Кий сгонял с места, а иногда и казнил смертью. На их место он ставил Волынь, и те прижимали роды и заставляли думать прежде всего об общем, об охране границ.

Так Кий перевоспитывал своих граждан, и те часто ворчали на него, иной раз сговариваясь и заводя измену. Чаще всего, раскрыв такой заговор, князь посылал виновников в самое опасное место охраны. Там за ними смотрели военные начальники. Неисправимых Кий судил и приказывал обезглавливать перед лицом врага. Некоторые старики и этого не боялись. Таких он уничтожал без сожаления. Он был строг, милостив, непреклонен и в высокой степени справедлив. За это обычные люди его любили, а люди побогаче ненавидели!

О войнах с Ляхами князя Кия ничего неизвестно. Но, вероятно, они тоже были, потому что Ляхи всегда смотрели на Киев как на город, который им должен принадлежать. Эта всегдашняя претензия Ляхов многократно была причиной кровопролитных войн. Горынь-река[309] в народном эпосе всегда упоминается в связи со Змеем-Горынычем. Кроме того, часть Полян вошла в состав Ляшского государства. Однако, эти Поляне подверглись быстрому и сильному воздействию Мазовшан и Вендо-Балтов, к которым отошли, кроме того, и другие западнославянские племена, а германское давление вызвало внутреннюю консолидацию племен и образование древнепольского государства.

С юга давили различные племена, большей частью аланского и степного происхождения. К северу Полякам можно было отойти лишь на литовские земли или в Прибалтику с вендским, финским и снова литовским населением. Там же, вокруг Ильменя и Волхова, жили и Словено-Русы. Таким образом, находясь под давлением со всех сторон, Польша концентрировалась сама на себя и вскоре стала сильным государством.

Конечно, с Киевской землей Поляки какие-то отношения имели, но вряд ли это были отношения мирные. Скорее всего, как мы сказали выше, между ними шла борьба. Держава Кия на юге простиралась от Карпат и к югу от них, но до Дуная не доходила. Можно считать, что в нее входила нынешняя Галиция,[310] Карпатская Русь, Буковина[311] и земли Уличей,[312] Тиверцев[313] и Южных Бужан[314] и Белых Хорватов.

Однако, вскоре Аттила перехватил степную часть, и Поднестровье оказалось в его власти, а Карпатские земли оказались отрезанными.

Тем не менее Аттила не мог справиться с хорошо тренированными киевскими войсками, и его степной, стремительной тактике киевляне смогли противопоставить должную выдержку, гибкий строй и высокую маневренность. К этому времени и относится гибель Черняховской культуры, погибшей, как известно, не целиком, а в более северной части уцелевшей. Там были леса, и киевляне, как все Анты, были мастерами лесного боя. В конце концов, Аттила, потеряв полвека, двинулся на Европу, но был разбит и отступил. Но в эти полвека он непрерывно воевал со Славянами и больше всего — с Киевом, так как последний был к нему ближайшим. Хотя часть Славян пошла с Аттилой, но киевляне не пошли.

Благодаря этому, они смогли сконцентрировать свои силы для устроения государственности. Однако, хотя Аттилу разбили, а Гунны разделились на два враждующих племени Кутригуров (или Кутигуров, правильная транскрипция их имени затруднительна) и на Утригуров,[315] которых Византия натравливала все время друг на друга и этой борьбой ослабила, с ними не кончились испытания славянских земель.

Пришли новые свирепые кочевники — Авары.[316] Их называли Обрами. Они были большого роста и такой же физической силы. В чешском языке осталось слово «обровскый» для понятия «колоссальный». Это были действительно колоссы. Они с этим соединяли еще коварность и хитрость. Так, принимая дары, они заранее решали обещать что угодно, но не держать никакого обещания. Разумеется, все народы Причерноморья, смотревшие на данное слово рыцарски, не могли выносить Аваров, к которым чувствовали только ненависть. Авары же не жалели никого. Они особенно преследовали Волынян, так как последние поддерживали устойчивость восточных Славян.