А еще я понял, что меня подвела память. Проделывая этот трюк шесть лет назад, я только подержал жидкий азот во рту, но не глотал его. Просто со временем это забылось, и из забавы получилась беда.
У меня было серьезно обожжено все, от надгортанника до самого дна желудка. От давления газа, расширяющегося внутри грудной клетки, произошел пневмоторакс одного легкого. Операция шла всю ночь. Мне удалили часть желудка, а всю пищеварительную систему подключили к аппарату. И дышать мне пришлось при помощи искусственного легкого, пока мое собственное не заработало. Было еще много чего «веселого», о чем я уж не буду вам рассказывать. Доктора все удивлялись, как быстро я выздоравливаю. Через несколько дней я смог дышать сам, через неделю — садиться в постели, а через две — есть и ходить. Через восемь недель я совсем поправился, если не считать нескольких безобразных рубцов.
А сейчас хорошая новость! Оказывается, я первый зарегистрированный медициной человек, который выжил после такого. Читайте New England Journal of Medicine. Сейчас готовятся три статьи, которые скоро будут опубликованы.
А я теперь, после моего приключеньица, чувствую, что на наших сборищах буду угощать ребят черным юмором на физические темы.
1997 ГОД ГОЛЛАНДИЯ
Одна компания устроила своим служащим увеселительную поездку за город на автобусе. Был солнечный день, и некоторые из наиболее развеселившихся начали высовывать голову в потолочное окно, наслаждаясь бьющим в лицо теплым ветром.
Водитель автобуса несколько раз пытался образумить их, но безрезультатно. И в конце концов произошло то, что должно было произойти.
Двое мужчин, высунувшись, самозабвенно распевали, когда автобус въехал под путепровод. Треск костей услышали все пассажиры. Правда, обе головы остались на своем месте, но их обладатели рухнули внутрь автобуса со сломанными шеями.
На вопрос, соблюдались ли должным образом правила безопасности, водитель автобуса ответил:
— Я всегда запираю это чертово окно, когда вожу детей, потому что они никогда не делают, что им говорят. Но, ради всего святого, это же были взрослые!
ЗИМА 1996—1997 ГОДОВ, МИЧИГАН
Для многих жителей Мичигана «принятие на грудь» является хобби, а катание в нетрезвом виде на снегоходах считается семейным развлечением. Списки соискателей Премии Дарвина растут по мере того, как пьяные и идиоты изобретают прямо-таки фантастические способы укатить на снегоходе от своих земных забот. Алкоголь и высокая скорость плюс извилистые, окаймленные деревьями дорожки и тонкий лед — одним словом, все условия для этого налицо.
Городок Шарлевуа, стоящий на берегу озера Мичиган, разделен на северную и южную половины судоходным каналом, соединяющим Мичиган с озером того же названия, что и сам городок. Неподалеку от канала расположено озеро поменьше — Раунд-Лейк, впадающее в озеро Шарлевуа через узкий проток. А проток этот знаменит тем, что круглый год в нем очень сильное течение, вследствие чего даже в самые крепкие зимние морозы лед на нем очень тонок или же его нет совсем. И вот что произошло там с двумя братьями.
В декабре в Шарлевуа отмечается местный праздник, предоставляющий людям отличную возможность насладиться одновременно и снегом, и выпивкой, и быстрой ездой. Так вот, упомянутые братья, повеселившись на празднике в северной части городка (и, разумеется, изрядно накачавшись горячительными напитками), решили перебраться в южную часть, чтобы там погулять еще. Но вместо того чтобы выбрать один из многочисленных более длинных, но и более безопасных путей на юг, они рванули напрямую — через Раунд-Лейк, да еще в густой снегопад, при сильном ветре и едва ли не нулевой видимости.
Вскоре после этого женщина, выгуливавшая собаку на берегу, услышала слабые крики о помощи. Сквозь снег она с трудом разглядела человека, барахтавшегося в полынье.
Она побежала в отделение береговой охраны и подняла на ноги ледовую спасательную команду, которая после удачно прошедших учений отдыхала за кружкой кофе с домашней выпечкой.
Команде удалось спасти утопающего, находившегося в состоянии сильного переохлаждения: он был почти без сознания. Его срочно доставили в больницу, где его согрели и вернули к жизни. И тут, придя в себя и оглядевшись по сторонам, он спросил:
— А где мой брат?
Брат?
Спасатели снова бросились к озеру. На дне его они обнаружили оба снегохода, в тонком льду — полынью, но никакого брата так и не нашли. Они искали десять дней: и ныряли, и сквозь специально проделанные отверстия во льду спускали в воду видеокамеру… Безрезультатно. Он объявился только почти два года спустя — вернее, то, что от него осталось внутри кожаного костюма для езды на снегоходе.