Прения на лугу

Но все-таки дрожалиВ руках суда весы,Поскольку заседалиВ рабочие часы.Все кончилось решением,Что виноват местком,Что был он с положениемВ конторе незнаком.И вновь для обработкиБорису КазанкуСтроительные сводкиНосили по звонку.Но вот настали сроки —Замолк его звонок.Пешком идет на стройкиТоварищ Казанок.Хотя он очень занят,Но ходит по лесам,Во все углы заглянет,Везде побудет сам.Тут нет сенсационного.Единственным ключомНам служит моцион его,Назначенный врачом.

Толстяк, гонимый кознями.На моцион ворча,Сейчас готовит к осениКвартиру для врача.Таит мечту привычную,Что даже врач — и он,Узрев услугу личную,Отменит моцион.

КОЛБАСА И ПЕРСПЕКТИВА

Директор мясокомбинатаУже заканчивал доклад.Еще всего одна цитатаИз двадцати пяти цитат.И он цитирует.Но в залеВдруг раздается чей-то бас:— Вы нам, товарищ, не сказалиО низком качестве колбас!Оратор кашлянул и тут жеНашелся, строго заявив,Что видеть вещи надо глубже

И только в свете перспектив.— Насчет колбас немало писем.Но с нашим творческим огнемМы их до уровня повысимИ, безусловно, развернем!Настало время перекура.Докладчик, взятый в оборот,В своем буфете просит хмуроСтакан ситро и бутерброд.Дают…Но разве он ослеп!Ведь это хлеб,И только хлебПустой —Хоть дайте на анализ!Буфетчик спорит:— Вы зазнались!И усмехается в усы:— Беда нам с публикойстроптивой!..Наш бутербродБез колбасы,Зато с хорошей перспективой!

РОМАНТИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ

Блеклые глазки таинственно сузив,Марья Петровна вошла в кабинет.— Вы не читали?.. Разводится Гусев!Счастья семейного якобы нет.Гусев учился на курсах столичных.Был у бухгалтера правой рукой.Кто бы подумал, что этот отличникВздумает счастье искать у другой!Временно ставший главою конторыЗам Переломенко, видя сигнал,Вызвал виновного басом, которыйВсю бухгалтерию в трепет вогнал.Гусев стоит, улыбаясь неловко.— Что за причина?— Люблю и любим!— Чья установка?— Дана установкаТолько сердцами —Ее и моим!

Практику эту считая порочной,Гневно диктует помощнику зам:— Гусева выгнать и авиапочтойДанный приказ разослать по низам!Пом озадачен:— Оставим Ромео.Суд за любовь головы не сечет.— Этому типу,—В ответ загремело, —Даже Шекспир не доверит учет!— Да, разумеется, следует высечь.Я за такое решенье горой.Только учтите, что Сила Денисыч,Кажется, тоже женат на второй!Злая догадка ужалила врио:Сила воротится — путь недалек!Вдруг истолкует событие криво:Дескать, спасибо за тонкий намек?!Зам побродил в тишине кабинета.— Ладно, — сказал через десятьминут. —Может, и есть она… как ее… это…То, что поэты любовью зовут!