Преображение

Традиция делает все, чтобы знания были доступны не только в научно-популярной форме. Для любого типа информационного метаболизма, для любого варианта начальной интеллектуальной подготовки. Пожалуйста. Только этим и занимаюсь уже столько лет. Недавно взял «Наедине с Миром». Перечитал. Хорошая книжка. Там все написано. Буквально все. Но только сконцентрировано, сжато до предела, сухо очень. Все остальное — это комментарии к ней родимой, потому что кому-то нужно сказать по-другому. Так и должно быть, учитывая демократизм нашей Традиции, учитывая отсутствие жестких систем отбора, исключений и изгнаний. Поэтому и делается это знание в различных формах, для различных типов людей. Но надо, чтобы человек как минимум хотел знать.

Так обстоит дело с тремя постулатами и их реализацией в жизни.

Однажды лебедь, рак и щука

Первая причина нестыковки Традиции и жизни — это забвение генеральной линии. Генеральная линия состоит в том, что цель всех знаний, всех практик на первом, а иногда и единственном для некоторых этапе, — это развитие человека как субъекта деятельности.

Деятельности. А когда человек, в большинстве случаев, не ведая, конечно, что творит, пытается этот материал использовать, скажем благородно, для группового безделия — это неадекватно.

Мы выходим на вторую причину жуткого кризиса, в котором оказался социально— психологический мир нашей Традиции. Воинствующий дилетантизм, унаследованный со времен советской власти. Лозунг его такой: незаменимых людей нет, а значит, и незаменимых специалистов нет, и значит, профессионалы — это мура.

Про самодеятельного хирурга я слышал только про одного. И то, он устроился на Дальнем Востоке главврачом. И когда обстоятельства сложились так, что нельзя было вывернуться и он должен был делать операцию, человек во всем сознался. Что диплом у него липовый, все у него липовое, и даже справки об анализах и те липовые. Он все это купил. Но он не решился практиковать. Он администрировал.

Безумная самодеятельность, иногда принимающая совершенно наглые формы, распространившаяся в нашем социально-психологическом мире, говорит о том, что в нем много людей, желающих использовать эту ситуацию, созданную не ими, для самоутверждения.

Источник безобразия и кризиса, наступившего в социально-психологическом мире, — это воинствующий дилетантизм. Это уверенность людей в том, что они могут быть профессиональными психологами, не приложив к этому никаких или минимум усилий, разучив энное количество слов. Отсюда, соответственно, все чаще психические срывы, неврозы, истерики.

Следующую волну печали, или третий источник наших трудностей, породило забвение

. Третья волна печали потрясающе хороша с эстетической точки зрения. Всю жизнь тех из нас, кто вырос еще при советской власти, учили, что, с одной стороны, массы — это в истории главное, а роль личности в истории весьма скромна. С другой стороны, бесконечно тыкали нас «фейсом» о различные памятники. К примеру, Маяковский был и остается самым, самым советским поэтом нашей эпохи. А Бальмонт — самый гнусный прихвостень буржуазной поэзии. Везде «самый». А во главе всех — отец всех народов, самый, самый генеральный. Учили нас так: делать жизнь с кого, ложиться под кого. И в силу двух вышеназванных причин в нашем социально-психологическом мире, ну надо же, появился культ экзотических позиций.

Кто из так называемых школьных людей не хочет быть шутом во вселенной? Все как один. Кто не хочет быть мудрым наставником? У нас на всю нашу огромную компанию на сегодня несколько человек профессиональных артистов и музыкантов и один шут. Но культ экстремальных, ярко блестящих позиций прикрывал долгое время отсутствие реальных результатов.

Совершенно ушло понимание, не только знание, но даже воспоминание о знании, что экстремальная позиция 3/4 это не вопрос выбора человека. Большая часть всякого целого состоит не из краев и не из границ. Внутренности любой традиции — это не маршалы, а солдаты.