Преступление без наказания [Что произошло в Ливане]

Партия «Катаиб» («Ливанские фаланги») была создана в 1936 году Пьером Жмайелем. Большинство членов партии восточные христиане-католики (марониты). Руководство партии поддерживает тесные связи с маронитской верхушкой в Ливане, с Ватиканом, а также с ливанскими эмигрантами-маронитами (особенно в СШАА

Основным направлением политической деятельности «Катаиб» являлась защита интересов крупной христианской (и прежде всего маронитской) буржуазии, максимальная изоляция Ливана от арабских стран.

Во время гражданской войны в Ливане в 1975–1976 годах военизированные формирования партии «Катаиб» составляли основу так называемых консервативных сил, поставивших цель — разгромить Палестинское движение сопротивления (ПДС) и ливанские Национально-патриотические силы,

В настоящее время «Катаиб» является ведущей партией блока правохристианских сил «Ливанский фронт».

Еще одно свидетельство. Корреспондент агентства Франс Пресс в Бейруте Кароль Хаким рассказывает о том, что произошло в Шатиле, со слов 13-летнего мальчика.

«Мунир — палестинец. Его семья нашла приют в Ливане в 1948 году. В 60-х годах она оказалась в лагере Телль Заатар в Восточном Бейруте. Отец и один из братьев Мунира погибли в августе 1976 года, когда лагерь был фактически стерт с лица земли молодчиками из отрядов правохристианских сил. Остальные члены семьи перебрались в лагерь Ар-Рашидия, неподалеку от южноливанского города Тир. Однако в 1978 году после нападения Израиля на Южный Ливан они бежали оттуда и нашли приют в Шатиле.

В четверг 16 сентября Мунир был дома вместе с матерью, братьями и сестрами. Их дом находился неподалеку от южного входа в лагерь. Около часу дня на территории лагеря начали рваться снаряды, и жители укрылись в ближайшем убежище. Там уже собрались 9 семей, всего около 60 человек. Все знали, что в ночь со среды на четверг лагерь был окружен израильскими войсками. «Мы не особенно беспокоились, — вспоминает Мунир. — Мы считали, что израильские солдаты не войдут в лагерь, а если и войдут, то не причинят нам зла: ведь лагерь населен только мирными жителями — бойцы Палестинского движения сопротивления давно его покинули…» В 6 часов вечера взрывы снарядов прекратились, слышались лишь непрерывные пулеметные очереди. Понемногу стемнело. В 19.15 в лагере появились головорезы из отрядов правохристианской милиции. На правом плече у каждого из них было изображение кедра, на левом — круглая эмблема с надписями, которые Мунир не успел разобрать.

— Они приказали нам выйти из убежища, — рассказывал Мунир. — Над лагерем то и дело вспыхивали осветительные ракеты. Бандиты отвели женщин и детей в сторону, а мужчин выстроили вдоль стены и начали избивать металлическими прутьями. Спастись не удалось практически никому.

Сам Мунир, чудом оставшийся в живых, в тот вечер потерял всю свою семью».

27 сентября 1982 года парижская газета «Матэн» опубликовала рассказ жительницы Шатилы по имени Лейла. 16 сентября в ее дом ворвались вооруженные люди. «Всем на улицу! — приказали они. — Если у вас есть грудные дети, возьмите их с собой». Угрожая оружием, они отводили мужчин и юношей в одну сторону, женщин и детей — в другую. По словам Лейлы, эти люди принадлежали к отрядам так называемой «армии свободного Ливана», возглавляемой известным головорезом майором Хаддадом. Кроме них, Лейла видела на улицах лагеря израильских солдат и бойцов из формирований фалангистов.

Все произошло в считанные секунды. Отойдя на несколько шагов, убийцы вскинули автоматы и открыли огонь по безоружным людям.

Мужчины и юноши (среди них муж и два сына Лейлы) были убиты все до одного. «Я видела женщину с младенцем на руках, — рассказывала Лейла. — Ее убили, а ребенок чудом остался жив. Один из людей Хаддада сказал: «Его надо прикончить», и тут же задушил его собственными руками.

Трагедия Бейрута, который еще недавно называли «жемчужиной Средиземноморья», — на совести израильских сионистов и их американских покровителей