Нет, гитлеровские фашисты, свои грехи не утаите, эти раны, что вы нанесли народу, народ не простит, как вы рано хотите все забыть. Когда немцы нас гнали из Западной Германии в сторону Дании, то в это время они нас ничем не кормили, а могли бы достать с немецкого огорода картошки. Рядом с нами гнали американских пленных солдат, от голода они умирали, а советские пленные, несмотря на то что сами были голодные, поддерживали американских солдат, делились с ними, кто чем мог. А сейчас что думают эти солдаты, ведь во Вьетнаме тоже такое положение.
Товарищи американцы, бывшие пленные! Неужели вы это не помните?.. Неужели вы не говорите своим детям, что вашу жизнь спасли советские пленные и чтобы ваши дети не убивали детей вьетнамских? Очнитесь, товарищи американцы – бывшие пленные, что вы делаете?
Ф. М-98. Оп. 3. Д. 46. Л. 11–13.
Правдивая статья «Люди свiту, на хвилину встаньте!»[155] В. Сечкина – бывшего узника фашистского концлагеря смерти Заксенхаузен, моего товарища по совместной борьбе с фашизмом за жизнь и свободу в концлагере Заксенхаузен-Хейнкель, которого я хорошо знал, и фотоснимок в «Комсомольской правде» с пояснением заставили меня с новой силой вновь вспомнить все пережитое в одном из самых мрачных фашистских застенков – концентрационном лагере Заксенхаузен и его филиалах в период с июня 1942 г. по апрель 1945 г.
…Концлагерь Заксенхаузен находился в г. Ораниенбург под Берлином, это был показательный лагерь. В нем центральное управление концлагерей фашистской Германии разрабатывало и испытывало на узниках усовершенствованные орудия и способы массового уничтожения людей, а потом распространяло их по всем остальным концлагерям гитлеровского рейха.
Тысячи узников погибли в нем от тяжелой работы, голода, изуверских истязаний, под палками и пулями, на виселицах, отравленные ядами при «лечении», затравленные собаками и удушенные газами в «банях». В этом лагере смерти за период 1941–1945 гг. было зверски убито и замучено более ста тысяч человек.
В самом центральном лагере Заксенхаузен постоянно находилось узников до 50 тысяч и примерно столько же в его многочисленных филиалах.
В этот лагерь попадали советские военнопленные и люди, угнанные гитлеровцами из разных стран Европы, которые не смирились и не подчинились в неволе фашистскому режиму и не склонили свои головы.
В Заксенхаузен попадали за саботаж, диверсии, агитацию, политическую работу, за распространение листовок, военных сводок, за неподчинение, за побеги и отказ работать, т. е. те люди, которых гестапо приговаривало как опасных политических преступников к смерти и направляло в концлагерь Заксенхаузен на уничтожение.
Когда обреченных людей отправляли из тюрьмы в концлагерь Заксенхаузен, то эсэсовцы цинично им говорили: «Оттуда живыми не возвращаются, а если кто и выйдет, то только через трубу крематория», – дымившую зловонным дымом беспрерывно.
Волею трагически сложившейся судьбы в период Отечественной войны, в июне 1942 г. среди первых партий советских людей попал в Заксенхаузен и я. До этого около 4-х месяцев я просидел в тюрьме «Полицай-президиум» Берлина на Александрплатц, где подвергался допросам, зверским пыткам и издевательствам гестаповцев. С июня 1942 г. по апрель 1945 г. я был узником Заксенхаузена и его филиалов: Клинкер, Хейнкель, Свинемюнде, Эрлих и снова Хейнкель. Во всех этих концлагерях фашисты ставили невыносимые условия жизни заключенным и применяли нечеловеческие издевательства.
Фашисты в концлагерях особо выделяли советских людей и создавали для них поистине каторжные условия: морили голодом, истязали, травили газом, собаками, вешали, топили, убивали, заставляли выполнять непосильную работу и т. п.
По сравнению с жизнью и мучениями узников Заксенхаузена все ужасы вымышленного библейского ада меркнут и бледнеют.
Находясь в этих ужасных и невыносимых условиях, в мире бесправия и полного произвола, советские люди не были сломлены, они держались стойко, организовали сопротивление и боролись всеми доступными им методами и средствами.
В концлагерях Заксенхаузена мне пришлось встретиться со многими советскими людьми, волею судеб попавшими в тяжелую беду. Среди советских людей я в концлагерях встречался со многими своими земляками – харьковчанами, и в том числе людьми, победившими смерть, ныне живущими и работающими в Харькове