Преступники и преступления. Законы преступного мира. Побеги, тюремные игры

— Ты, я вижу, его с аппетитом отремонтировал. Домывайся и сходи к лекарю за таблеткой!

Сержант распахнул дверь перед многострадальным Бражником и в ту же секунду залетел в купе. Еще в полете он напоролся на мощный удар по голове и лишился чувств. В полумраке купе братва облапала сержанта и вытащила пистолет. «Вперед», — прошептал Синько, держа пистолет перед собой и неслышно ступая по коридору.

Когда в проеме караульного помещения выросли два вооруженных зека, никто из охранников даже не шелохнулся. Паралич их длился секунду, не больше. В два ствола зеки расстреляли караул. Пока Синько добивал раненных, Бражник метнулся в сторону купе обслуги, распахнул дверь и опустошил обойму в проводника. Последнего солдата, худого двадцатилетнего паренька, он задушил на нижней полке.

Очухавшись и едва оторвав голову от пола, сержант Пронь увидел перед собой пистолетный ствол. В тот же миг чей-то ботинок врезался в его скулу. Потом еще. Сверху сыпалось злобное шипение, предвестие новых пинков. «Почему я здесь? — сержант с трудом ворочал мозгами, опасаясь, что вскоре шевелить уже будет нечем. — Где караул?» Словно угадав его мысли, чей-то голос резко бросил:

— Скоро, тварь, своих догонишь! Но прежде ты пожалеешь, что не помер маленьким.

Один из зеков, гадко хихикая и дрожа всем телом, начал резать лицо солдата каким-то острым предметом. Он полосовал щеки, нос, лоб, стремясь зацепить глаза. Пронь едва уворачивался от ударов, которые становились все размашистей. Он не обращал внимание на боль и с тихим ужасом рисовал в мыслях свое будущее. Что-то теплое ударило в его лицо, потекло за ворот. Это помочился истеричный зек.

— Вешай легашей! — завопил он тонким противным голосом.

Сквозь туман в глазах сержант вдруг увидел перед собой старшину внутренних войск с пистолетом наголо. Синько уже успел переодеться в служебную форму, на которой расплылись пятна крови. Урка носком ботинка перевернул Проня на спину, нацелил пистолет в голову и хрипло спросил:

— Где ближайшая остановка?

Расклеив ссохшиеся от крови губы, охранник простонал:

— Который час?

— Ты глухой, падла! — зек-истерик ударил его в лицо ногой. — Когда остановка следующая?

— Около семи утра должны быть в Красноярске…

— Потом?

— Потом Тайшет.

— Этап в Тайшетлаг или дальше?

— Точно не знаю. Пока в Тайшет.

— Где ключ от сквозного прохода?

— У дежурного помощника начальника поезда.

— Когда он заявится?

— Не знаю. По-разному.

Синько опустил пистолет и вышел в коридор. Там хозяйничал Бражник, отпирая дверные засовы. «Не толпись на коридоре, братва, — кричал он. — Свободы на всех хватит». «Ты поршни пойди сполосни, — загоготал кто-то. — Кормоприемник уже не болит?» Зеки дружно хохотали, а Бражник, криво улыбаясь и засунув пистолет в штаны, направился в туалет. Синько, который уже взял бразды правления в свои руки, опять расквартировал пассажиров по купе, но двери запирать не стал. Дослав в пистолет полную обойму, он быстро направился в конец коридора. Лицо зека вдруг изменилось: он что-то вспомнил. Вернувшись в первое купе, он на миг посмотрел в глаза сержанта и нарочито устало выжал:

— Извини, мент, я забыл про тебя.

С этими словами Синько, не целясь, дважды выстрелил солдату в голову. Затем опять зашагал к тамбуру.

Сквозной проход был закрыт и взят в решетку. Ломать дверь никто не решился. Интересно, слышали выстрелы в соседнем вагоне или нет? Синько глянул на часы, снятые с руки убитого солдата. Было без четверти три. До Красноярска оставалось совсем немного. В тамбуре появился посвежевший Бражник. Из его черных брюк по-ковбойски торчали два пистолета. Он спросил:

— Как уходить будем, старшина? С подножки, брызгами?

В окне поезда тянулась черная тайга, присыпанная ноябрьским снегом. Бражник припал к стеклу и поежился. Одна только мысль, что доведется уйти в эту холодную строгую ночь, которая уже привыкла съедать человека на поздний ужин, вызывала дрожь. В темноте скорость поезда казалась огромной. Бражник повернулся и кивнул в сторону запертой двери:

— Может, на лапку возьмем?

Синько ничего не ответил. Все было ясно и так. Урки решили играть ва-банк и тихо дождаться дежурной проверки вагонных караулов. Завладев нужным ключом, они могли бы вагон за вагоном продвигаться к паровозу и в конечном итоге проехать Красноярск без остановки и сойти где-то на пригородном полустанке. Дальше надо распыляться мелкими группами. Сейчас главный козырь — неожиданность. Урки даже не подозревали, сколько вагонов отделяет их от машиниста и какой объем стрелковых работ им предстоит…