Преступники и преступления. Женщины-убийцы. Воровки. Налетчицы

… Еще не занялась заря, а они уже стояли, поеживаясь от холодного ветра. Солдаты не знали, кого будут расстреливать, и невольно заволновались, когда увидели высокую женщину в длинном платье, в широкополой шляпе с черной вуалью. Жертва вышла из автомобиля, помогла выйти пастору, подошла к шеренге и сказала:

— Не надо завязывать глаза.

Каждый из палачей втайне надеялся, что именно в стволе его карабина находится холостой патрон. Чтобы солдатская совесть не слишком страдала, расстрельному взводу выдали уже заряженное оружие и сообщили, что в одном из патронников лежит патрон без пули. Рядом с женщиной семенил тюремный священник и бормотал под нос душеспасительные молитвы. Никто не сказал жертве, где ей встать. Мата Хари сама выбрала себе место перед вооруженной шеренгой, как будто вышла последний раз на сцену, причем на таком расстоянии, которого требовала инструкция. Подошел офицер и протянул черную повязку.

— Это так необходимо? — женщина удивленно вскинула черные брови.

Офицер немного растерялся и начал нервно теребить повязку. Он не знал, что ответить, и вопросительно взглянул на адвоката, который стоял слева среди небольшой группы. Адвокат подошел и тихо переспросил:

— Это действительно столь необходимо, месье?

— Если мадам не желает, — ответил офицер, — повязки не будет. Нам, собственно, все равно.

Подошел еще один офицер с веревкой в руках. Адвокат демонстративно поморщился:

— Я сомневаюсь, что моя подзащитная захочет принять пулю со связанными руками.

Вскоре все отошли от смертницы. Многие отвернулись. Она же стояла прямо и глядела на молоденьких солдат. Прозвучала первая команда. Забил барабан. Залпа не получилось: выстрелы затрещали вразнобой. Мата Хари медленно осела на колени, замерла, потом упала вперед лицом на землю. Подбежал тюремный врач, положил руку на шейную артерию и крикнул лейтенанту:

— Ваши солдаты плохо стреляют, мон шер. Всего три пули в теле. К счастью, одна попала прямо в сердце.

Солдат увели с тюремного двора. Лейтенант осмотрел свидетелей казни и громко спросил:

— Кто желает получить тело казненной?

Вопрос пришлось повторить. Все молчали. Адвокат сокрушенно развел руками…

Спустя пятьдесят с лишним лет Гастон Роше вспоминал:

— По сей день не могу забыть удивленного лица этой женщины перед дулом моего карабина, хотя минуло уже более полувека. Но ведь в тот момент я убеждал себя в том, что, исполнив приказ, уничтожил змею в женском обличье. Но это не успокаивало. Тогда-то и пришло решение заново проанализировать имеющиеся факты, собрать новую информацию… На это я потратил более половины моей жизни и много денег. Теперь я твердо убежден, что Мата Хари была невиновной и ее казнь есть не что иное, как злодейское убийство, спровоцированное германской разведкой.

ПОКУШЕНИЕ НА ГЕНЕРАЛ-АДЪЮТАНТА

24 января 1878 года молодая петербургская особа Вера Засулич выстрелила из револьвера в градоначальника генерал-адъютанта Ф. Ф. Трепова. Девушка даже не попыталась скрыться, а просто отбросила еще дымящийся револьвер в сторону и покорно отдалась в руки охранника, который яростно начал ее душить. Спасла террористку набежавшая толпа зевак, оттеснившая услужливого майора и отдавшая Засулич в руки полиции. Уголовное дело юной Засулич стало едва ли не самым известным в истории российского присяжного судопроизводства. После блистательной защитной речи адвоката Александрова подсудимая была полностью оправдана и освобождена из-под стражи.

В обвинительном заключении поступок Засулич квалифицировался как покушение на убийство с заранее обдуманным намерением, хотя в глаза бросалась явно политическая подоплека. Несмотря на общеуголовную трактовку дела, Вера вошла в историю России как непримиримый борец с самодержавием. Кем же была сама жертва? Суровый питерский градоначальник Трепов якобы являлся внебрачным сыном Николая I. Он слыл не только непредсказуемым самодуром, но и неудачником. Трепов то и дело страдал от рук воинствующих революционеров. В 1860 году Трепов, еще будучи обер-полицмейстером, активно включился в разгон варшавской демонстрации. Из толпы внезапно вылетел булыжник и едва не раскроил полицмейстеру голову. Окровавленного Трепова унесли с поля брани. Кто же все-таки запустил камнем, установить не смогли. Когда внебрачный царский отпрыск дослужился до начальника округа корпуса жандармов, с ним вновь случилась неприятная и болезненная история. Во время очередной стычки с бойкой радикальной молодежью чей-то топор вклинился в череп Трепова. После чего Трепов едва не был списан по инвалидности на тихий гражданский берег.

31 марта 1878 года Петербургский окружной суд начал слушать уголовное дело Веры Засулич. Адвокат П. А. Александров оказался как никогда многословен и красноречив. Вот некоторые выписки из его выступления: