Прибалтика. Полная история

Сегодня в пятом часу пополуночи бомбардирование началось с Риги, и первые три бомбы своими руками в город отправлены, о чем зело благодарю Бога, что сему проклятому месту сподобил мне самому отмщения начало учинить.

Нет сомнения, что такие слова были вызваны воспоминанием о неблагосклонном приеме, который оказали Петру в Риге во время его первого путешествия за границу пятнадцатью годами ранее.

На другой день император уехал в Санкт-Петербург, отдав приказание, чтобы Б. П. Шереметев отвел войско на зимние квартиры в Курляндию и оставил для блокады Риги семитысячный корпус под командованием генерала А. И. Репнина.

А. И. Репнин постоянно вел бомбардировки города, пускал «огненные ядра» (гранаты), от которых загорелись многие места в Риге, но все было потушено. Тогда Репнин приказал пускать «огненное ядро», а сразу вслед за ним – бомбу, чтобы пугать пытающихся потушить огонь.

Бомбы падали довольно успешно, обезображивая красивые церкви и дома.

Через некоторое время начался довольно сильный мороз, выпал снег. Потом он начал таять, так что большая часть погребов в Риге была залита водой, а так как жители с началом бомбардировки снесли в погреба большую часть своих пожитков, то они почти все оказались подпорчены.

Сразу же после Нового года, в восемь утра, вновь началась бомбардировка, и она причинила еще больший ущерб, чем прежде, так как бомбы были «чинены особенным образом и большей частью лопались в воздухе с ужасным треском и затем причиняли много вреда».

11 марта 1710 года возвратился фельдмаршал Б. П. Шереметев с основным войском.

По его приказанию две береговые батареи были усилены большим числом орудий. И снова пошли бомбардировки, и бросили девятнадцать бомб, которые каждый раз наносили невосполнимый урон защитникам Риги.

Крепость была блокирована с моря. Попытки шведского флота прорваться к осажденным были отбиты. Несмотря на это, гарнизон не только не сдавался, но и совершал дерзкие вылазки. Чтобы усилить блокаду, русские 30 мая после жаркого боя выбили шведов из предместья. Те отступили, но выжгли предместье, чтобы не дать осаждавшим возможности там закрепиться.

В первых числах июня Б. П. Шереметев построил три батареи, вооруженные пятипудовыми мортирами. Эти батареи в дальнейшем производили весьма разрушительный обстрел города.

Несмотря на упорство шведов в обороне, положение их к началу лета стало критическим. К тому времени в городе уже царили голод и массовая эпидемия чумы, которая унесла в могилу более двух десятков тысяч человек.

11 июня вечером от осаждавших явился парламентер, и его предложение было объявлено в городе на следующий день. Предлагалось сдать город, заключив «благоразумный договор». В противном же случае, писал Б. П. Шереметев, «на город нападут со всех сторон со всей строгостью и усердием, и он будет принужден сдаться огнем и бомбами, и тогда не пожалеют ни одного человека, даже ребенка в люльке».

Потом прибыл другой парламентер, который потребовал произвести размен пленных. Все это было объявлено гражданам и произвело большое замешательство, поэтому весь день после этого прошел в совещаниях.

14 июня осажденные написали ответ, в котором требовали четыре недели перемирия в надежде на помощь из Швеции. На следующий день в ответ на это русские открыли ужасную бомбардировку из мортир и за ночь бросили 365 бомб, которые причинили большой вред людям, церквам и домам.

В этих условиях граф Штромберг не стал ждать, пока обстрелы и безжалостная эпидемия выкосят последних защитников Риги, и согласился на предложенную Б. П. Шереметевым капитуляцию.

4 июля 1710 года русские полки после 232-дневной осады впервые вступили в неприступную для них доселе Ригу. Войска генерала А. И. Репнина вошли в город, Всего в Ригу вошли до 10 000 человек, и они тотчас заняли главные посты в городе и половину цитадели.

В это время в Риге люди уже падали на улицах. Казалось, что живых уже не хватает, чтобы хоронить умерших.

14 июля дворянство и граждане отправились встречать фельдмаршала Шереметева. От Карловских ворот до замка все улицы были заняты солдатами. Фельдмаршал ехал в собственной богато вызолоченной коляске, запряженной шестью белыми и гнедыми конями, с ним сидел барон фон Левенвольде. Перед коляской ехали несколько трубачей и два барабанщика, затем несли богато вышитый штандарт.

Население Риги торжественно присягнуло русскому императору.

А. Е. Коцебу.

Присяга Риги на подданство России в 1710 году

Генерал Нильс Штромберг выступил из города с остатками гарнизона со всеми почестями, с колокольным звоном и поднятыми знаменами.