Прибалтика. Полная история

18 мая 1989 года Верховный Совет Литовской ССР принял закон, по которому на территории Литвы должны были действовать только законы, принятые или ратифицированные Верховным Советом Литовской ССР.

8 февраля 1990 года были признаны недействительными решения Народного сейма 1940 года о вступлении Литвы в состав СССР.

На выборах в Верховный совет Литовской ССР 1990 года кандидаты «Саюдиса» получили 101 мандат из 141 (72 %). И что характерно, другие кандидаты разделяли с «Саюдисом» стратегическую цель, отличаясь лишь более умеренной тактикой.

На первом заседании вновь избранного Верховного Совета 11 марта 1990 года были приняты Акт о восстановлении независимости Литовского государства и закон о восстановлении действия Конституции 1938 года.

Таким образом, Литва первой из советских республик заявила о своем выходе из СССР. И при этом руководство Литвы неоднократно предлагало СССР начать переговоры об урегулировании отношений. Но советское руководство игнорировало эти предложения и требовало отмены Акта о восстановлении независимости Литвы и всех последовавших за этим правовых актов.

Заявление Правительства СССР от 20 марта подчеркивало, «что все объекты союзного подчинения, находящиеся на территории Литовской ССР, являются собственностью Союза ССР», и предупреждало, что «принятие республиканскими органами решений, нарушающих единство финансово-кредитной системы страны, внешнеэкономических связей СССР, будет рассматриваться как противоречащее действующему законодательству Союза ССР, интересам союзных республик и Союза в целом».

А затем последовал Указ Президента СССР «О дополнительных мерах по обеспечению прав советских граждан, охране суверенитета Союза ССР на территории Литовской ССР», который предписывал всем исполнительным и правоохранительным органам обеспечить соблюдение требований Конституции СССР и законов СССР по защите прав и законных интересов граждан СССР, «проживающих или находящихся на территории Литовской ССР», усиление охраны участка «границы СССР, проходящего по территории Литовской ССР», и контроля за выдачей виз и разрешений «для иностранных граждан на въезд в Литовскую ССР».

В ответ Верховный Совет Литовской Республики 22 марта принял обращение «К народам, правительствам и людям доброй воли мира» с указанием на подготовку насилия «против Литовской Республики и ее граждан другим государством» и просьбой «своими протестами противодействовать возможному использованию силы».

Определенные территориальные претензии литовцам выражало не только высшее советское руководство. Даже Горбачев заявлял: мол, если хотите выйти [из состава СССР], отдайте Клайпедский край и Вильнюс. Говорили об этом и некоторые белорусские партийные деятели, и представители Белорусского народного фронта.

АЛЬВИДАС НИКЖЕНТАЙТИСлитовский историк

26 марта группы советских десантников заняли здания городского комитета Коммунистической партии Литвы, Высшей партийной школы, Дома политического просвещения, 27 марта – здание ЦК КПЛ, позднее другие общественные здания. Одновременно с этим, с 18 апреля, применялись экономические санкции, в частности, ограничение поставок энергоносителей (этот комплекс мер в Литве назвали «экономической блокадой»).

29 марта Президиум Верховного Совета БССР принял заявление, в котором утверждалось, что «Беларусь в случае выхода Литвы из состава СССР будет требовать вернуть ей беларуские земли – город Вильно и Виленскую область, а также другие регионы, которые ранее принадлежали Беларуси». Это заявление фактически поддержал президент СССР М. С. Горбачев.

Могла ли Литва быть независимой без Вильнюса? Вопрос риторический. Если это и могло бы быть, то было бы весьма драматично и даже трагично. Синдром утраты Вильнюса был намертво вбит в сознание литовцев, и это была бы тяжелейшая травма. И такая независимость уж точно не сделала бы литовцев счастливыми.

Действовали принятые в Хельсинки принципы: изменение границ невозможно без общего соглашения всех сторон. Святое дело! Поэтому разговоры были, конечно, всякие, но речь шла не о Вильнюсе, а о том, чтобы остановить движение Литвы в сторону независимости, удержать ее под контролем Москвы.

ЧЕСЛОВАС ЛАУРИНАВИЧЮСлитовский историк