Прикосновение. Философский роман

«Искупительный подвиг один — Господа нашего Иисуса Христа, и сравнивать расстрел императора и его семьи с искупительной жертвой Спасителя невозможно. Со всей ответственностью заявляю, что этот «покаянный акт» недопустим и душевреден. Недопустимо участие священнослужителей и мирян в чинах, подобных тайнинскому».

Тем не менее, год спустя «царебожие» получило неожиданное продвижение. С критикой, а потом и с анафемами против Русской Церкви выступил епископ Диомид (Дзюбан). Анафемствовал они патриарха Алексия II, и тогда еще митрополита Кирилла, и «всех их предшественников», в том числе за «участие в антимонархическом февральском бунте 1917 года». Он этого решения не признал «ввиду открытого исповедания участниками этого архиерейского собора основных положений ересей цареборчества, экуменизма и глобализма»...

«Старцы», чудеса, знамения в огромном количестве и в ежедневном режиме — это еще одна яркая черта «царебожников» (например, есть неканоническая икона «Воскрешающая Русь», где «Богородица убивает сыплющимися с ее омофора крестами неверных»), По вопросу мироточения для них характерна явная экзальтация, которая максимально далека от позиции РПЦ, где всегда пытаются установить, «от Бога ли это чудо», даже если сам факт мироточения уже установлен специальной комиссией. Известен, к примеру, случай, когда, обнаружив «факт массового мироточения» в квартире некоей Валентины Жучковой, церковная комиссия постановила, что эти явления «носят нецерковный характер, не соответствуют духовной традиции Православной церкви и, следовательно, не имеют к ней никакого отношения».

Часто «комиссии по чудесам» создаются ситуационно, на уровне епархий, но имеет место и постоянно действующая «рабочая группа по чудесным знамениям при Богословской комиссии Русской Православной Церкви», сопредседателем которой является академик РАН Павел Флоренский — внук известного богослова и религиозного философа начала прошлого века о. Павла Флоренского.

В среде «царебожников» всё с точностью до наоборот. Факты мироточения и других чудес не проверяются и не оспариваются, а сразу же принимаются на веру как несомненный знак «божественной благодати», создавая тем самым очередную волну религиозной экзальтации.

В целом последователи доктрины о «царе-искупителе» — это относительно немногочисленные и довольно маргинальные группы. Печально, что им часто удается мимикрировать под православных и своей проповедью «царебожия» смущать верующих и тех нецерковных людей, которые начинают полагать, что «вот это-то и есть настоящее православие».

Есть основания считать, что столь нездоровое отношение к Николаю II — следствие информационного влияния (проще говоря, ереси) «царебожников».

Так или иначе, но Русская Церковь осудила «царебожие», а также «иконы и молитвы» и «чин покаяния», присущие данной религиозной группе. Как в свое время заявил патриарх Кирилл, говоря о «чине покаяния», «обращение к каждому человеку с призывом к покаянию есть наиважнейшая миссия Церкви, от которой она никогда не отступит, но призывы ко всеобщему покаянию за то, что не совершало нынешнее поколение, есть призывы лукавые, потому что Сам Бог, вернув нам наши святыни, показал, что Он простил наш народ».

ДОБАВЛЕНИЯ

Нередко в кругах т.н. «царебожников» можно слышать о некоем «православном догмате о царской власти», которое является муть ли не основополагающим в Церкви. Царь, согласно этому учению, выше любого Патриарха («холопа царя») и поэтому вправе диктовать Церкви свою волю. Кроме этого, царь в своих поступках никому «не подотчетен», следовательно, обладает харизмой «непогрешимости», превосходящей «непогрешимость» римских пап, которая ограничивается у них понятием ex cathedra. Любая критика в адрес земных помазанников Божиих считается недопустимой (историки, критически оценивающие деятельность какого-либо царя, тут же зачисляются в масоны).

Согласно царебожническому учению, царь Николай II был неправильно прославлен на Архиерейском Соборе 2000 года: он должен именоваться не «царем-страстотерпцем», а «царем-искупителем», совершившим «христоподражательный подвиг». Подвиг сей состоит в «искуплении греха народа русского», заключавшегося то ли в нарушении соборной клятвы 1613 года на верность Дому Романовых, то ли в самом цареубийстве 17 июля 1918 года. (Причем русскому народу настойчиво предлагается покаяться за эти грехи, несмотря на то, что царь Николай их уже «искупил»).