Принцами надо делиться

Поскольку я была в штанах, быстро ее нагнала, а уже через пару мгновений мы обе оказались в объятиях вечно молодого лесничего. Не обращая внимания на наше привилегированное положение, он успокоил нас, как добрый дедушка напуганных внучат.

— Надо доложить обо всем королю. — Я показала рычащей драконихе неприличный жест. Никогда так раньше не делала, как будто ждала подходящего момента и наконец-то дождалась. — Что он не реагирует? Меня можно похищать, заколдовывать, жарить и жрать?!

— Король не имеет права вмешиваться в отбор, я уже говорила, — вздохнула Гвен.

— То есть все эти подковерные интриги — неотъемлемая часть отбора? Класс.

Мне на плечо опустилась легкая, сильная рука эльфа.

— Это, конечно, отвратительно, но его величество не захочет ссориться с Землей Алого Пламени.

— Ну да, — фыркнула я, — из-за такой-то ерунды. Типа «Вы все, девушки, равны в правах, но есть та, которая равнее».

Сильван внезапно схватил нас обеих за руки, как сопливых школьниц, и рывком оттащил в сторону. Только я открыла рот для вопроса, как дракониху объял огонь. Вжух — и она исчезла, оставив после себя обугленные разорванные корни.

— Сбежала, — пояснил Сильван. — Будьте осторожны. Я не всегда рядом, чтобы прийти на ваш зов.

Я постаралась не выдать разочарования.

— Все равно ты самый лучший эльф из всех, каких я встречала.

— Ты же эльфов раньше не встречала! — опешила Гвен.

— Одно другого не отменяет.

И только когда опасность миновала, к нам на изрядно обгоревшую полянку начал стягиваться народ. Конечно же все были обеспокоены, поражены и вообще в полном шоке. Я напрасно искала глазами в толпе золотоволосую макушку принца и ярко-красную — его оруженосца. Ни тот ни другой этот этап отбора своим присутствием не почтили.

— Сил моих больше нет, — простонала я и утерла вспотевший лоб рукавом рубашки, но тут Гвендолин все-таки вспомнила, что она леди, и потеряла сознание.

Ирвин, оруженосец его высочества

Во дворе у крыла пажей проходили занятия по фехтованию. Когда-то Ирвин учился тут вместе с такими же мальчишками, однако ему некогда было предаваться ностальгии. Да и, по большому счету, годы службы в королевском дворце в качестве пажа он не считал самыми приятными в своей жизни. Учиться нравится не всем, особенно если тебе приходится быть на побегушках у всех, кто возомнил себя выше.

Заметив Ирвина, практически все пажи прервали поединки и уставились на него, как на чудо света. Многие оруженосцы время от времени проводили у них занятия, заменяя основных наставников, и только красноволосый слуга принца с откровенной ленью отмазывался от этой чести. Знал, что надо, что ждут, и от этого только сильнее ленился.

— Марко!

Мальчишка-зверолюд настороженно выпрямился, словно не знал, бежать на зов или удирать, сверкая пятками. Даже ойкнуть не успел, когда Ирвин небрежным взмахом руки вырвал из его рук шпагу.

— Растяпа, — оценил он успехи мальчишки и, схватив за плечо, потащил за собой.

Усатый учитель фехтования флегматично посмотрел им вслед и громким окриком велел подопечным возобновить занятия.

Отойдя подальше от любопытных глаз, Ирвин остановился у портика и прижал свою жертву спиной к колонне.

— Малыш, ты ничего не хочешь мне сказать?

Марко не ответил. Зеленая радужка его глаз увеличилась, придавая парнишке еще больше сходства с животным. Зверолюды вызывали у Ирвина странную смесь легкой брезгливости и любопытства. Первое проистекало, скорее, из того, что оруженосец не так часто сталкивался с представителями этого народа, чем из каких-то предубеждений. В любом случае миндальничать Ирвин не планировал.

— Я тебе подскажу, — вкрадчиво заговорил он, наклоняясь ближе. — Вчера. Бал. Леди Полина.

— Э? Простите, простите, пожалуйста. Я тогда плохо соображал и не поблагодарил вас за то, что спасли меня. Извините, мне очень стыдно…

— Не нужны мне твои благодарности. Давай попробуем еще раз, — и для нужного эффекта Ирвин произнес в обратном порядке: — Леди Полина. Бал. Вчера.

Паж резко побледнел и сильнее вжался в колонну.

— Что, Марко? Память возвращается?

— Нет, я ничего не скажу… то есть… не знаю!

— Я все видел.

Несколько секунд паж молчал.

— Ну и что, — сказал он после непростого раздумья.

— Какие мы дерзкие. А ну говори, во что тебя втянула иномирянка!

— Ни во что.

— Не ври, щенок! Ты наложил на них иллюзию, чтобы с принцем танцевала более умелая партнерша. Я знаю, тебе это по силам, и догадываюсь, что Полина вертит вами, как хочет.

У Марко даже губы перестали дрожать.

— Неправда! — горячо возразил он. — Леди Полина очень хорошая!

— Ага, еще скажи, что влюбился в нее.

На щеках мальчика вспыхнул румянец.

— Ну точно. Сейчас на дуэль меня вызовешь, — растолковал его замешательство Ирвин.

— Леди Полина ни в чем не виновата. Герцогиня сама все придумала, я только помог.

От неожиданности оруженосец отпрянул.

— Ты опять мне врешь, — отчеканил он и погрозил пальцем. Обычно этот жест пугал детей до потери пульса.

Однако паж ничуть не смутился.

— Ничего я не вру.